Дима, Ведьма, Цог Бадрах

А что, если сейчас это существо тоже обратится в какого-нибудь монстра?

– Сейчас объясню, – человечек быстро вскарабкался на диван и уселся рядом с Димой, прислонившись к спинке, – салсум – один из помощников Деда Мороза, такой же, как гномы, коих ты совершенно справедливо вспомнил. Только гномы – это не наше, а у нас салсумы. У нас в стране много разных Дедов. У каждой народности свой. К примеру, у башкир – Кыш Бабай, у бурятов – Сагаан Убген. А помощники почти у всех салсумы. Такие вот маленькие человечки. Только я бы назвал себя первым замом, а не помощником.

Потому что на мне очень много разных обязанностей. Считай, дед Мороз – это бренд, лицо, а основную работу делаю я.

– Никогда не слышал про таких, – Дима обреченно привалился к спинке дивана, размышляя, какая у него сейчас стадия шизофрении. А что ещё это может быть, когда разговариваешь со странным маленьким существом? Потом покосился на салсума, слабо надеясь, что тот исчезнет.

Человечек не исчез.

– Ну, хорошо, – сдался Дима, – Ты помогаешь Деду Морозу.

При чём здесь я?

– Как же, как же, – оживился человечек, даже заёрзал на месте, – ты ведь пока замещаешь Деда. А я тебе помогать буду.

Буров смотрел на салсума с изумлением. Внятных печатных слов пока не находилось.

– Значит, это правда, про мать Снегурочки? – наконец выдавил он.

– Нет, конечно! – салсум даже с места вскочил, руки задрал к потолку, всем своим видом выражая возмущение, – ты что, на самом деле решил, что у Снегурочки такая мама? К тебе приходила Морозиха – ведьма.

Со времён начала своего существования она пытается вместо Деда Мороза поставить своего тёмного Деда. Вчера нашла брешь в нашем окружении, явилась под видом знакомой Белой Ведьмы, да и свистнула под шумок шапку Деда. Не распознали вовремя, потому как Дед сейчас заболел сейчас. Съёмка у него была предновогодняя, перегрелся под софитами. У нас, вишь, свои болезни. А на кого эту шапку надевают (само собой, тот, кто посвящает, должен обладать могущественной силой, не абы кто) тот и становится Дедом. Не сразу, конечно. Примерно неделю надо для полного обращения. Власть у этой шапки большая. Обычно мы её бережём, глаз не спускаем, но вчера проворонили…

Салсум забегал по дивану, хватая себя за волосы:

– Я виноват, я! Мой косяк! Не досмотрел, эх!

– Не понял, при чём здесь я? – Буров взял себя в руки. Принял решение: надо хотя бы разобраться, а паниковать и бежать к врачу он всегда успеет. К тому же, это становилось всё более интересным.