Я, Ангел

Гостьей будешь…

Из комнаты тянулся шлейф дыма от сигарет, громкая музыка лилась из новенького магнитофона, оглушая меня и старого Ксанкиного кота… По привычке я сняла в прихожей кроссовки. Войдя в комнату, невольно закашлялась: клубы табачного дыма заполняли её. На столе стояли бутылки с дешёвым портвейном, чайные чашки вместо пепельниц… На диване, фривольно развалившись, сидели два парня, оценивающе оглядывая меня с ног до головы. Оксана была явно навеселе. Об этом говорил хмельной взгляд, беспричинный смех, то и дело охватывающий её.

Она достала из пачки сигарету, закурила, уверенно затягиваясь.

– В санатории парилась? – Отойдя к окну, Ксанка вскарабкалась на подоконник, села, вытянув ноги, обтянутые лосинами, не замечая похотливых взглядов парней, направленных на неё. – Пионерка ты наша. – Она хохотнула, красиво выпустив струю дыма.

– Да. – Я стояла посреди комнаты, невольно сутулясь от смущения. – Ты… куришь? – задала от неловкости, в сущности, идиотский вопрос.

Как будто и так не видно…

– Давно уже, – скучным тоном ответила Ксанка. – Да ты садись, в ногах правды нет. Вячик, подвинься, пусть дама присядет.

Она производила сейчас впечатление атаманши, этакого главаря ОПГ. В памяти всплыл Доцент из известного фильма…

Один из парней, с мощной бычьей шеей и неприятным, уже испитым (хотя молодым) лицом, тут же послушно подвинулся, освобождая рядом с собой место. Приглашающе похлопал по дивану ладонью:

– Прошу, мадам…

– Нет.

Мне домой надо, – не шелохнувшись, ответила я. – Зашла узнать, как дела у тебя, дома тётка ждёт, сказала, на дачу ехать надо.

И хотя это было откровенное враньё – никто меня не ждал дома, от отчаяния оно прозвучало уверенно и даже резко. Соскочив с подоконника, Ксанка вихрем подлетела ко мне, подталкивая к другой комнате.

– Надо поговорить, идём, – тихо зашипела она.

В спальной комнате царил полумрак, плотные шторы были задёрнуты наполовину. Зато воздух был не в пример чище, и я вздохнула с облегчением.

– Ангелиночка, выручи меня, пожалуйста, – дыша в лицо запахом гадкого портвейна, зашептала она. – Очень надо… Посиди с нами, разбавь компашку. А то я одна, а их двое, сама видишь.

– Мама где? – с тоской понимая, какая между нами пролегла пропасть, зачем-то спросила я.

– А, она на даче ещё пару дней проторчит, – небрежно махнула рукой Ксанка. – Посиди с нами?

– Не могу… Домой надо, – угрюмо ответила я.