Проект Ирион

Все сотрудники были сильно преклонного возраста и, видно было, что им очень надоело работать и в рабочее время они устраивали себе перерывы поболтать, попить чайку, а если у кого-то был праздник, так обязательно накрывали на стол прямо в кабинете, да ещё и с выпивкой. Так что порой к концу рабочего дня все эти бабушки уже практически засыпали, а некоторые вообще не стеснялись, клали голову на руки и храпели на весь кабинет. Не раз в такую обстановку заходил Герман Олегович, директор завода, надо отдать ему должное, он просто делал вид, что ничего не замечает и оставлял записку или просил бодрствующею часть отдела передать информацию.

Итак, Евгении, так зовут нашу героиню, предстояло сложная задача:

– во-первых, найти общий язык с бабушками, а такого опыта в её жизни пока не было, её родная бабушка жила очень далеко от неё, а других контактов с людьми преклонного возраста так в жизни у неё и не случалось;

– во-вторых, ей надо было свыкнуться с новым ритмом жизни, а на заводе он был совсем не как в компании, где она раньше работала, не надо было никуда бежать, делать какие-либо срочные отчёты, отвечать на бесконечные звонки.

– в-третьих, прежде чем приступить к работе, ей надо было разобрать место под свой будущий рабочий стол, для чего надо было вынести огромное количество учебной литературы досоветского и советского периода, а также горы старых сильно пожелтевших заводских отчетов по экономике, когда-то аккуратно прошитых вручную.

Первые трудности начались, когда Евгения решила ознакомиться с компьютером, он оказался совершенно пустым, от слова абсолютно пустым! Бабушки все свои расчёты и все свои отчёты делали исключительно вручную на листочках. Причём большая часть бабушек предпочитала эти листочки раз в неделю или даже чаще, после передачи итогов запрашиваемому отделу, просто уничтожать, поэтому никакого экономического архива знаний, никакой базы данных и никакого электронного документооборота между экономическим отделом и другими отделами на заводе просто не существовало.

От пустого компьютера Евгения перешла к разбору завалов, через час она уже была с ног до головы порыта ровным слоем бумажной пыли и имела пару царапин и ссадин от металлических ржавых скоб и зажимов, которые весь этот хлам стягивали.