Любимый деспот

 – Уже выбрал?

– Я планирую учиться на кафедре иностранных языков, – мой уверенный ответ прозвучал слегка вызывающе.

Отец хмыкнул, слегка приподняв правую бровь, задал очередной вопрос с откровенной насмешкой:

– Ду ю спик инглиш?

– Ес, ай ду, – услышал он мой наглый ответ.

– Артем! У тебя нет способностей к языкам. Ты не поступишь! – с издевкой заявил родмтель.

– Я буду обучаться на платной основе, – ответил, нахально глядя ему в глаза.

– Есения хочет учиться там? – высказал свою догадку отец.

Помедлив несколько секунд, я согласно кивнул, наблюдая за тем, как он тут же напрягся. – Артем, твоя… одержимость этой девочкой… настораживает… Давно пора расстаться с первой юношеской влюбленностью…

– Пап, – я оборвал отца, который собирался в очередной раз читать мне нотацию. – Мы много раз обсуждали с тобой эту тему. Я люблю Есению, она любит меня…

– Серьезно? – он властно перебил. – Она тебе об этом говорила?.. Ну, хоть раз?.. Скажи честно…

Я отчетливо громко скрипнул зубами и он это услышал, едко скривился, не потрудившись спрятать свою усмешку.

Отец специально, я уверен в этом, наступил на мой больной мозоль.

– Есения пошла в класс с углубленным изучением языков и ты пошел за ней, хотя в языках – ни бум-бум. Есения идет в музей и ты идешь следом, хотя тебе глубоко плевать на живопись, ты в ней разбираешься не больше, чем свинья в апельсинах. Есения с бабушкой едет на море и ты едешь следом, хотя терпеть не можешь жару. Теперь Есения хочет поступать на иняз и ты тоже?.

. Серьезно?.. Как далеко ты готов зайти, Артем, в погоне за этой девочкой?

Я молчал, от злости ещё крепче сжимая сбитые костяшки. Возразить отцу было нечего – он говорил чистую правду, ради Еськи я был готов сделать что угодно, она могла вертеть мною как хотела… Но она не делала этого! С того самого момента, когда шесть лет назад Есения вошла в наш класс, моё сердце принадлежало ей. Невинная детская дружба переросла в любовь, с моей стороны, и я неоднократно говорил ей об этом, а она… Еська отмалчивалась, уходила от моих откровенных вопросов, а я не настаивал.

Все вокруг принимали нас, как пару, парой мы и были на самом деле, я обнимал Еську, мы целовались, но сама она ни разу не говорила о чувствах, которые испытывает ко мне. Порой мне казалось, что Есения относится ко мне, как к старшему брату, не более. И это было горько, больно, обидно…

Мы много времени проводили вместе и в школе, и после занятий.