Аруна – 3. Сульёпган. Возрождение орков

Сейчас он мог многое, знания вернулись к нему в полном объёме, пора воспользоваться магией!

Каналы в его нынешнем теле были неполноценными: главный центральный источник для накапливания и переработки сырой маны был недоразвитым, а проще говоря в зачаточном состоянии; благо, хоть такой появился, до недавних событий резервуар и вовсе отсутствовал. Но и этого оказалось вполне достаточно, чтобы на кончиках острых антрацитовых когтей появились едва заметные язычки пламени. Едва заметные, но они обладали силой, необычной, странной, искажённой, поскольку носитель не был полностью живым, даже больше мёртвым.

– Shakasotreash! – негромко прорычал Джерард и направил руку с мрачным огнём к рунам-активаторам – Уруз в связке с Перт и Альгиз.

Колдовское пламя резво побежало по цепочке древних символов, по каждой завитушке, каждой чёрточке и мчалось дальше, расширяясь от центра наружу… Тихое шипение сжигаемой травы, опадающей безжизненным пеплом, нарушало могильную тишину долины, словно чувствуя неладное, мелкие животные забились поглубже в свои норы, крупные отступали в глухую чащу, а нечисть, рыскающая в поисках любой еды, замирала на месте, заворожённо созерцая за творимой древней ворожбой.

Как только вспыхнули завершающие знаки, Джеру, стоявшему всё это время неподвижно с полусогнутыми лапами, как-будто он собирался на кого-то броситься в смертельном отточенном прыжке, осталось только подождать, когда чары войдут в полную силу, и тогда магдир сам явится к нему, чтобы отомстить за боль, которую причинит запрещённая магия его израненной душе.

Секунды ядовито-медленно трансформировались в тяжёлые минуты, неохотно сливаясь в тягучие, как смола, часы.

Потребовалось около двух часов, чтобы огромное живое чудовище с широко расставленными рогами и горящими красным бешеным огнём глазами, показалось в поле зрения мёртвого короля.

Пронзительный, утробный звук, прокатился по пустынной долине, вышибая волну дрожи у Джерарда – давно он не чувствовал такую жажду битвы с равным противником. Обычно нечисть не нападала на магическое зверьё, ибо сила у последних была просто чудовищной – за удачу считалось утащить кого-то из стада, и то это была действительно счастливая случайность, но чаще всего не рисковал никто, кроме… магдиров-хищников.