Ассана. Путь к свободе

Спать легли поздно, всё думали, как вести стариков, чтобы увеличить темп. И решили рассадить их на волокуши. Как раньше не догадались? Силушкой нас этот странный мир не обидел. Оказалось, все мы были сильнее себя обычного минимум в два раза.

Народ, зарывшись в одеяло всё же погрузился в тревожный сон. А я, встав с нагретого рюкзака, поплелась в сторону своей волокуши. Отыскав свёрток с запакованными в него луком и стрелами, прихватила маленькую лопатку и отправилась к дальнему концу полосы кустарников.

Оглядываясь на каждом шагу, опустилась на колени у самого первого растения, и начала рыть в глубь и в стороны ямку.

Работала быстро, больше переживала, что меня увидят.

"Зачем я это делаю?" – билось в голове судорожно.

"Завтра уйдём, и нам оружие пригодится", – думала я, укладывая пистолет с кобурой и тюк с луком под корни. Завалив всё замёрзшей землёй и снегом, выдохнула облегчённо. Стало чуть поспокойнее на душе.

Если ночь пройдёт без происшествий, утром достану.

Вернувшись на своё место, положила рядом с собой верный боккен, и постаралась уснуть.

Сны мне снились тревожные, кто-то кричал и плакал, бабушка звала на помощь…

Очнулась я резко. И сразу заметила силуэты подходящих к лагерю людей. В предрассветных сумерках разглядеть детали было сложно. Но от этого стало ещё страшнее.

Мои соседи также вскочили вслед за мной и спросонья вертели головами, ничего не понимая.

– Vivoldi imi (окружаем их)!

Незнакомый язык, как ушат ледяной воды, заставил меня действовать: я сорвалась с места в сторону палатки, где спала бабушка.

В руку удобно легла рукоять боккена и я приготовилась защищать наши жизни до последнего вздоха.

Глава 5 Мамонты

Лагерь мы разбили в форме овала, по центру расположили пять больших костров (практически потухшие), а по периметру установили десять палаток. Самая большая, в которой почивали "руководители", стояла в противоположной от меня стороне.

Я встала у задней стенки палатки и, судорожно сжимая рукоять деревянной катаны, крутила головой: окружали нас толково.

Их было очень много. А ещё я видела, чуть дальше за снежной предрассветной дымкой, огромные силуэты кого-то… и чувствовала их злость, жажду нас растоптать, съесть.

Хотелось бросить боккен, сжать голову руками и перекрыть чужие эмоции. Вдохнула-выдохнула, входя в состояние медитации. Сердце замедлило бег и мир окрасился иными цветами.

"Агрх! Видика!" – ворвались в мою голову чужие тяжёлые мысли.

Я чуть не взвыла.