Шаманка. Песнь воды

А у меня челюсть отвисла.

– Так ведь… – но договорить мне не дали.

– Она была замужем и уже имела дочь, когда её позвала пустыня, на тот момент женщина была убита горем – потеряла супруга и сопротивляться зову не имела ни сил, ни желания, – спокойно пояснил Горн, взор его был устремлён в танцующий огонь, но мыслями мужчина был далеко отсюда. – Бабка потом многое мне рассказала. И самое сложное в жизни ведуньи – пережить близких людей. Это страшно, дочка. Она ушла, когда мне было пять лет. Енини заняла её место.

Енини была уже в возрасте и имела своевольный характер. Сложный. Она изначально жила одиноко: ни мужа, ни детей. И её пребывание в статусе колдуньи не продлилось долго: пришла быстро и столь же стремительно нас всех покинула.

Мы одновременно поднесли увесистые кружки к своим лицам и сделали глоток обжигающего напитка. Я улыбнулась, и отец улыбнулся в ответ.

– Прежде чем ты станешь Шаманкой, подрасти. Найди любовь, заведи детей. А потом уж в омут с головой.

Подумав секунду, произнесла вслух то, что меня больше всего тревожило:

– Я боюсь потерять вас… Ежели пришельцы победят? А я, зная, что могла вам помочь, надев эту волшебную шапку… и в итоге отступив в последний момент… жить с осознанием вины будет сложно.

– Эльхам, пойми, ты сегодня могла погибнуть, натянув хатэ на голову. И в этом случае, как ты понимаешь, уже было бы совсем неважно "а что потом?". Для тебя стало бы неважно. Поскольку ты перестала бы существовать, понимаешь? Тебе следует окрепнуть не только физически, но и повзрослеть, как бы выразиться понятнее… – нахмурился Горн, подбирая нужные слова.

– Созреть духовно, набраться жизненного опыта, – подсказала я и он удивлённо вскинул брови.

– Удивляюсь тебе, такие вещи понимаешь… Но, да, тебе следует созреть и только после этого принять силу шаманки, – отставив чашу на маленький столик, стоявший между креслами, Горн продолжил: – Зов стихает в дневное время, ночью не даёт покоя и сводит с ума, я удивлён, что ты так долго смогла продержаться. Я чувствовал в тебе перемены и не оставлял своим вниманием ни на минуту.

Мне пришлось заставить охрану прятаться по углам, чтобы ты их не заметила, если вдруг решишь покинуть дом. Мне необходимо было убедиться, что это именно зов хатэ тебя растревожил. Моей бабушке первое время помогал держаться огонь в очаге, чем ближе она к нему была, тем тише становился шёпот. И если бы не песчаная буря, потушившая все костры, Паголея, возможно, побыла бы с дочерью ещё некоторое время.