Лорд и леди Шервуда. Том 5

Марианна переходила от одного стрелка к другому, или убеждаясь в смерти, или замечая еле видимое биение жилки на виске, трепет ресниц, слыша слабый вздох. И тогда она, не жалея сил, не чувствуя усталости, боролась за жизнь каждого раненого, отбивая его у смерти. Она останавливала кровотечение, снимала боль целебными мазями, делала все, чтобы искры жизни не угасли в израненных телах. Но раненых оказалось меньше, куда меньше, чем погибших. Битва была недолгой, но яростной и жестокой.

На каждого из стрелков пришлось не по одному и не по два противника.

Почти все погибшие были сплошь покрыты ранами, но, даже мертвые, они продолжали сжимать застывшими пальцами рукояти мечей. И вокруг каждого из них лежали королевские ратники. Поле битвы расцвело гигантскими, наводящими дрожь цветами – с зеленой чашечкой в середине и красными густыми лепестками по краям.

Среди королевских ратников тоже были раненые, и они тянулись к Марианне и заклинали ее о помощи. Но ее времени и сил не могло хватить на всех. Она откликалась на их зов, просила немного потерпеть, и если уж призыв был совсем нестерпим, отправляла Дэниса или Мэта хотя бы напоить раненого.

Жители Руффорда под руководством бейлифа уносили с луга раненых и убитых стрелков. Лорд Шервуда приказал не оставлять ни одного своего стрелка, будь он жив или мертв. Закончив перевязку последнего из раненых, Марианна устало поднялась с колен. К ней подошел бейлиф Руффорда и ласково положил ладонь на ее плечо.

– Устали, миледи? – спросил он, окинув Марианну заботливым любящим взглядом.

– Хьюго, я прошу вас оказать помощь и раненым из числа королевских ратников, – вместо ответа сказала Марианна, не сводя глаз с луга, на котором оставались уже только тела в красных сюрко. – Заберите их тоже. Ночью придут мародеры, они добьют раненых.

– Как скажете, миледи, – вздохнул Хьюго.

– Твое милосердие не знает границ, – услышала Марианна за спиной смешок Джона, – а должно бы!

Он махнул рукой в сторону ратников и жестко сказал:

– Их раны и смерть – плата за жалованье, ради которого они пришли сюда.

Если бы верх оказался на их стороне, они проявили бы к нам милосердие? – и когда Марианна медленно повернула голову и посмотрела на Джона, он с той же жесткостью ответил: – Нет. Они добили бы каждого из нас, кого нашли бы еще живым. Так стоит ли тебе, Марианна, сейчас проявлять столь трогательную заботу о них?

– Они такие же люди, как мы, Джон, – возразила Марианна, и в ее глазах замерцала сталь.