Невольница драконьего владыки

Я удивленно осмотрела на, непонятно чему радующегося, Сфайгреда, в надежде получить от него объяснение.

– Галия, вымой нашу леди. Она похожа сейчас на резаного лесного глигана, а не на особу женского рода, которой предстоит стать любовницей владыки,– хохотнул штрайзен, и в его голосе я услышала вызов. Или мне показалось.– И облачи ее подобающе. Леди не пристало шляться по замку в лохмотьях.

Он плотоядно оглядел меня с ног до головы и только тут до меня дошло, что я стою перед этим черноглазым мерзавцем почти в чем мать родила, если не считать обрывков полупрозрачной ткани, лоскутами болтающихся на моем израненом теле.

– Да пошел ты,– буркнула я, и он меня услышал. Но и бровью не повел. Так и продолжил прожигать меня взглядом похожим на грозовое небо, в преддверии бури столетия.

– Пойдемте, леди,– прошамкала вредная мойра, – наш хозяин не умеет долго разговаривать с голыми девками, которые к тому же невероятно дерзки. Хотя, будь я на вашем месте…-мечтательно закатила глаза старая грымза.

– Ты не на моем месте,– слишком грубо рыкнула я, сама не понимая, что со мной происходит.

– И впредь, будь любезна, воздержись от замечаний. И кто такой, черт возьми этот лесной глиган?

– Род диких свиней,– вредно хмыкнула мойра, явно наслаждаясь ситуацией.

Я засеменила за Галией, гордо расправив оголенные плечи и стараясь не обращать внимания на мужской взгляд, который, как мне казалось, буквально ощупывает мое тело. Черноглазый нахал буквально прожигал меня взглядом. Только не оглядываться. Просто уйти, а еще лучше сбежать из этого странного места.

Сейчас я больше всего хотела проснуться в своей постели, рядом с изменщиком Сашкой, и смеясь рассказывать ему о странном, приснившемся мне кошмаре.

– Пока Элва греет воду, я обработаю твои раны,– голос Галии привел меня в чувство. Мы уже дошли до отведенной мне комнаты. Я с благодарностью выдохнула, когда старческие руки коснулись болезненных рубцов на моей коже, смазывая их нестерпимо вонючей, нл приносящей мгновенное облегчение, мазью.

Только сейчас я заметила, что свежие раны, которые кровоточили каких – то десять минут назад затянулись, и даже успели зарубцеваться, но все еще отдавались острой болью при прикосновении к ним.

– Что вы со мной сделали? – требовательно спросила я. Вопрос был вполне резонным, ведь раньше, до моего попадания в это странное место, стигматами и провалами в памяти я совсем не страдала. Скорее наоборот – была здорова, как бык. Даже воспитатели в детском доме удивлялись.