«Вражда» и другие неприятности

– Я должна тебе кое-что сказать… – Его молчание я расценила, как милостивое разрешение продолжать: – Возможно, Лёнечка кого-то шантажировал.

– А ты откуда знаешь? – Бампер развернулся и впился в меня колючим заинтересованным взглядом.

Я слегка поёжилась. Не очень-то приятно, когда в тебе пытаются прожечь дыру, пусть и фигурально. Но терять лицо было нельзя, и я постаралась придать голосу как можно более уверенный тон:

– Не важно. В свое время он купил кое-какую технику. Явно не для видеосъемок фильма о природе.

Машка тогда работала в фотосалоне, и наш несостоявшийся Ван Гог проявлял кое-какие пленки по ночам. Ей было не жалко, что на пленках, она не знала, хотя я у нее спрашивала из чисто женского любопытства. Но где он их хранил, я тебе скажу.

– Я тебя убью и окажу людям большую услугу!

Бампер хлопнул по рулю, я подскочила на сиденье и тут же постаралась охладить его пыл:

– Родители плакать будут.

– Сейчас ты расскажешь мне все, чеканя каждое слово, проговорил он, вновь глядя на меня в упор.

 – Все, Катерина.

Вообще-то, я собиралась сказать, что не стоит так на меня злиться – я же раньше не знала, что наверняка грязный секрет Лёнечки окажется важен для нашего дела. Но услышав от Бампера «Катерина» быстро прикусила язык. Так он меня называл только тогда, когда находился на грани того, чтобы реально прихлопнуть, как назойливую муху мухобойкой. Потому снова рот я открыла, чтобы быстро и четко рассказать ему, как узнала о тайнике местного Ван Гога.

История впрочем была не особо замысловатой.

Одна наша бывшая одноклассница вышла замуж за человека, копавшего могилы. Ну, профессия была такая у её мужа. Лопатки всегда были в доме, совочки там разные. Одноклассница просто обожала проводить время среди безвременно усопших, лицезреть всякие там склепы и могилы, и даже для всех желающих проводила экскурсии по старой части кладбища. На одну экскурсию подписалась и мы с Машкой – подругу всегда тянуло на экзотику. Бродя среди могил и отстав от экскурсионной группы, я заметила Лёнечку, поспешно отходящего от одного постамента времен Отечественной войны 1812 года.

Взяв это на заметку, я потом приехала на кладбище уже одна и оглядела постамент со всех сторон. История не сохранила надписей на постаменте, но он был старый и кое- где пошел трещинами, которые очевидно, появились из-за корней гигантской липы, росшей рядом. Неплохой тайник. Эти соображения на время я оставила при себе.