Диггер

 – Правда Жорик мне проходу не дает. Всюду, как хвост, за мной телепается.

– Так все же правильно! Он в тебе зверя огненного чувствует, поэтому и не отстает. Теперь, пока ты от монстра не избавишься, Жорик твоей тенью станет. Кстати, как он поживает?

– Кто? Кот?

– Да нет! Про кота я и сам все знаю. Он со мной постоянно на связи. Как квартирант твой поживает?

– Нормально все!

– Новых, необычных явлений со своим телом не заметил?

– Пока нет.

Глеб решил промолчать по резкое повышение температуры и про «защитную» оболочку, которая не давала воде смачивать его кожу.

Он опасался, что дед Матвей, чего доброго, может нагрянуть в Москву и перепугать его родителей.

– Ну, смотри, – продолжал «разглагольствовать» старик, – если какие-то изменения заметишь, сразу Ольге звони. Она мне передаст. Я ведь не всегда в зеркале торчать буду. И помни! Как только свои дела сделаешь – сразу ко мне! Пора квартиранта твоего прогонять. А то, как бы не затянуть нам процесс до необратимого…

– Мрачные шутки у вас, дед Матвей! Но основное я понял.

Если что-то случится, я вас найду. Если нет – ждите нас с Жориком назад где-то через месяц.

– Какой месяц, парень?! Ты недели три протянешь, не больше! Москва – город соблазнов и грехов. Языческий мыслеобраз начнет в себя всю отрицательную энергию впитывать и бурно развиваться. И глазом моргнуть не успеешь, как спалит он тебя.

– А я себя буду как аскет вести. Никаких развлечений, посиделок и гулянок! Только завершу дела и родителей подготовлю к тому, что в Великий Устюг перееду.

– Хорошо. Но про Жорика не забывай! Он часть отрицательной энергии будет у тебя забирать. Следовательно, задержит рост монстра.

– Запомнил, спасибо! И еще … есть у меня к вам маленькая просьба, дед Матвей, можно?!

– Валяй!

– Вы могли бы в следующий раз появляться не так неожиданно?!

– А уж это как получится, парень. Я и сам не ожидал такого успешного сеанса связи. Зеркало-то у меня старенькое, битое… и на тебе! «Контачит» не хуже твоего трюмо!

– Ладно, дед Матвей! Пойду я, а то родители меня уже потеряли, наверное.

– Бывай, парень! И помни, я за тобой приглядывать буду.

В этот момент в дверь ванной постучала мама и вкрадчиво спросила:

– Глебушка, с тобой все в порядке?

– В абсолютном порядке! – ответил журналист, на секунду отвернувшись от зеркала.

Когда он вновь на него взглянул, эксцентричного старика в отражении уже не было. Парень вышел из ванной и прошел за стол. Жорик бежал за ним.