Змеиные тропы. Летопись Подлунного мира

Соединившись вместе, они погрузили город в кровавые потоки, отчего в душах людей поселился холодный ужас. Но это только знак. Боги прислали мне сон. Они не желают, чтобы в городе пролилась кровь.

– Ты хочешь, чтобы я отменил казнь преступника? – взгляд Вариара стал опасным, в нем появилась решимость убить жреца на месте, если он посмеет диктовать ему предполагаемую волю богов.

– Ни я, ни боги, ни кто-либо еще в этом городе или во всей империи не хотят этого, ваше величество. Боги лишь хотят, чтобы кровь и смерть этого человека не осквернили улицы и площади Ариса.

Перенесите казнь за стены.

Император задумался. Со стороны было видно, каких усилий ему стоит сдержать свой гнев и не убить жрецов, воинов клана Сал и своего брата. Боги, или те, кто смел говорить от их имени, снова встревали в его жизнь, требуя, чтобы он подчинился их воле. С другой стороны, Эскур не был категоричен.

– Что именно ты предлагаешь, Молящийся за нас? – наконец, взяв себя в руки, спросил Вариар.

– Надо вынести место казни за пределы стен, – спокойно пояснил верховный жрец, заглядывая в пасть дракону.

 – Там есть прекрасный холм. Все увидят эту казнь, и кровь вашего брата не осквернит улицы этого города, ваше величество. Вы же знаете, что кровь имеет свойство вонять.

– Холм говоришь? – гнев во взгляде Вариара погас, уступив место размышлениям.

Император вышел на небольшой балкон и вгляделся в кровавый туман, что окутал Арис. Было заметно, как он против своей воли вздрогнул от заползшего в его душу страха.

Их боги были мудры, но исполнения своей воли требовали жесточайшими методами. Вариар мог себе представить, какая паника воцарилась в городе, когда жители увидели все эти божественные происки.

– Да, Ваше величество, он недалеко от городских стен.

– Хорошо, пусть Ээна доставят туда.

– Слушаюсь, Ваше величество, – чуть ли не рявкнул Айлех и исчез за дверью.

Император не обернулся, продолжая вглядываться в кровавый рассвет, что разгорался над Арисом. Даже он, не терпящий богов, даже презиравший их после того, как их именем был лишен того, что принадлежало ему по праву рождения, не признававший жрецов, что пытаются говорить от имени тех самых богов, почувствовал, как внутри все сжимается и липкие щупальца страха опутывают его сердце.

Он прекрасно понимал своих подданных, напуганных этим явлением, которое и, правда, леденило душу.

– Ты хотел что-то еще сказать мне? Ты хотел бы, чтобы я простил его?

– Нет, Ваше величество, – Эскур покачал головой.