Люблю тебя, сестренка

– Я уж думал, тебя никогда больше не увижу, – Ваня запнулся, виновато посмотрел на меня, но осмелился продолжить: – Я, конечно, рад, что ты приехала. Но, естественно, не такой ценой. Я уже говорил, что мне…

– Не надо, – перебила его я. – Прошу.

Я грела руки о стаканчик с кофе.

Аромат кофейных зерен витал в воздухе, но вот вкус оставлял желать лучшего. Некоторые посетители пялились на меня и перешептывались, наверняка задаваясь вопросом, я ли это. Однако, в кафе гораздо лучше, чем дома.

Неловкое молчание прервала юная официантка:

– Вам что-нибудь еще нужно? – она заигрывающе смотрела на Ивана, теребя блокнот в руках.

Какое же здесь допотопное обслуживание. До сих пор пользуются блокнотами.

– Мне еще кофе, но только добавьте хотя бы сироп, чтобы вкус был сносным, – строго обратилась я, и девушка сразу стерла свою улыбку. Так-то лучше.

Когда официантка ушла, я отодвинула пустой стаканчик. И теперь совершенно не понимала, куда деть руки. Неловко перебирала пальцами, продлевая молчание.

– Ты изменилась, – внезапно сказал он. – В хорошем смысле. Вся такая городская, холодная, властная. – На этом слове он ухмыльнулся.

– Мы все изменились. Чего уж там. Разве нет?

– Нет. Я тот же милый парень.

Ваня выдавил улыбку. Его борода была неаккуратно подстрижена. Ее бы не помешало и подкрасить. Некогда милый мальчик стал отталкивающим мужиком.

Какие противоречивые чувства боролись во мне: трепет к утраченной любви и остывшая реальность.

Но все равно, что-то в нем не давало покоя.

Возможно, обида на него так разрослась во мне, что отпустить Ваню просто так я не могла. Чего-то ждала от него: красивой речи, извинений, оправданий или объяснений. Определенно, мне нужна была точка в этих давних отношениях.

Официантка принесла еще кофе. Она попыталась задержаться и пострелять глазками в Ивана, но он никак не отреагировал на жалкую попытку, и она ушла ни с чем.

– Что точно не изменилось – ты по-прежнему нравишься юным девицам.

Ему явно понравились мои слова.

Детина вырос, но не повзрослел.

– Но тебе бы не помешало привести себя в порядок, – подметила я, указывая на небрежную бороду.

– Да что ты! А девахам нравится, – он поменял положение, облокотился на спинку стула и закинул ногу на ногу. С его сапога капал грязный талый снег.

Может, ностальгия и прекрасная штука, но лучше бы она меня оставила в покое.

– Я думал о тебе все эти годы. Думал, как бы сложились наши судьбы, если бы мы остались вместе.