Чудовище

 – Кто нашим дамам рты заткнул? Кто заставил всех помочь коллеге в сложный период?

– Я разве? – сама этого не помню, но Рая кивнула.

– А когда меня за полгода на 30 кг разнесло и все ржали, советы «ценные» давали, кто меня к врачу заставил пойти?

– Так это очевидно было, – робко постаралась я уйти от ответа.

– Не всем. Я из-за насмешек в такую депрессию ушла, что сама не собралась бы и сейчас сидела бы на инсулине. А как над Зинаидой потешались из-за её говора? Кто тогда стал подлавливать наших змеек на неправильных ударениях? Даже та самая Ольга, которая сейчас перед Буровой выслуживается.

Вспомни, как наши бабы называли её «Прости Господи» из-за нарядов, ничего не прикрывающих. И кто с ней тогда против всех дружил и по магазинам ходил на распродажи?

– Просто я тогда тоже решила обновить гардероб, – я задумалась над словами Раи.

– Именно, просто… Когда это тебя трудности пугали, а тем более какие-то сплетни?

Рая встала и ушла к своему рабочему месту, оставив меня в растерянности.

А действительно, чего я себя накручиваю? Ничего плохого не делала, других не подсиживала, мужей не уводила, а в остальном – моё личное дело!

– Станислава Андреевна, – резкий голос Татьяны Николаевны уже вызывал икоту от страха, но я, нацепив улыбку, поспешила к своей начальнице, которая тут же развернула ко мне монитор, указывая на реестр. – У вас плохо с последовательностью? Не заметили, что пропустили один день?

– За этот день с моих магазинов ещё нет закрытых накладных, – стараясь говорить спокойно, ответила я.

– И чья это проблема? – ехидно улыбаясь, продолжила главбух.

– По инструкции, нарушений нет, – я медленно закипала, – две недели ещё не прошли.

– Только если это не касается отчётного периода и трёх поставщиков, с которыми у нас три дня на расчёт. А среди накладных этого дня как раз присутствует такой поставщик.

– Я сегодня сделаю запрос и создам добавочный реестр, отчётный период будет закрыт по всем правилам.

– Конечно, создадите и вдобавок напишете мне объяснительную, – довольное лицо Буровой подёрнулось пеленой из-за подступивших к глазам слёз, но я держалась, – три объяснительных – и я уволю вас за несоответствие должности.

Может, сама напишешь «по собственному желанию»?

– Ну, уж нет, – злость колючей волной пробежалась по телу, – хотите уволить? Увольняйте по статье, и мы встретимся в суде. Как-то слишком резко я перешла из разряда лучших работников в худшие.