Человек в темноте

А затем не могла проснуться. Меня сковало невидимыми кандалами, а огромный стопудовый шар давил на горло. «Отпусти меня!»,– я пыталась кричать, но мои тщетные попытки еще больше делали меня слабой. А оно все сильнее давило на меня и поднималось выше.

Я мало встречала людей, у которых были подобные проблемы со сном, но они ощущали абсолютно то же самое. Я много времени провела на форумах, где люди делились приступами паралича. Почти все видели и ощущали одно и тоже. Хотя паралич сна и считается психофизическим явлением, которое вызывают ряд внешних причин, я не могла согласиться с утверждением, что каждый человек на земле хотя бы раз в жизни испытывает его.

Я старалась не паниковать. Мои губы шептали детскую считалочку, чтобы прогнать чудище из-под кровати. Но оно не уходило, а наоборот, забралось повыше и держало меня, шепча что-то на мертвом языке. Капельки пота проявились на моем лбу и жар окутал мое временно безжизненное тело. Глаза наполнились слезами из-за боли в грудной клетке, а страх, который я испытала, усилил это состояние.

Будильник на полседьмого утра спас мою жизнь. Я наконец смогла дышать, двигаться и расслабить кулаки. Так близко оно еще не приближалось. Это был не просто страх, это был ужас, который взял меня в плен. Я посмотрела в окно и как в детстве произнесла волшебную фразу: «Куда ночь, туда и сон». Когда кошмары овладевали мной, мама всегда советовала произносить ее, будто она защищала от дурных снов: «Когда проснешься, то глянь в окошко и скажи: куда ночь, туда и сон.

И все пройдет, моя малышка». Жаль, что мама не всегда проявляла заботу.

Я обула свои любимые серые тапочки, которые я носила и летом и зимой, и пошла на кухню. Мои ноги круглый год нуждались в тепле. Что являлось постоянным и неизменным, так это мертвенно-ледяные ступни. Даже в тридцатиградусную жару. Я хотела выпить стакан воды и успокоиться. За окном только начало светать. В этом и заключалось преимущество осени перед летом – рассвет наступал позже. Нежно-кремовый цвет играл на окнах соседнего дома, который освещался слегка золотистым солнышком на горизонте, но большая половина неба утопала в темноте.

Мое учащенное дыхание разрезало утреннюю тишину. Я пыталась прийти в себя, не думать о случившемся, но моя фобия не отпускала меня. Словно Фредди

, она заставляла меня думать, что спать ни в коем случае нельзя, и если я засну, то оно придет за мной. Придет и выпотрошит, словно кровожадная бойцовская собака разрывает мягкую игрушку.