Завещание 2. Регина

Мама сидела и беззвучно смеялась.

– Что с тобой? – спросила я, дотронувшись до ее плеча и забыв обо всех письмах.

– Тебя допустили, – наконец, отсмеявшись, сказала она.

– Что? – не поверила я.

– Тебя допустили до экзаменов и приглашают для этого в столицу нашей Родины.

Мама улыбалась. Да так, что ей и не дашь ее тридцать шесть.

Да, мама у меня была молодая. Самый молодой директор краеведческого музея, ставший мамой в моем возрасте. Ну, чуть постарше. Я же в свои семнадцать даже письмо, которое так ждала, боялась открыть, а мама уже нянчила младенчика.

То есть меня.

Но прошло и это.

И вот, младенчик по имени Регина, отправляется на вступительные экзамены в Москву. Разумеется, мама поехала со мной.

Килим Ярашевич даже и слышать ничего не захотел о том, чтобы отпускать, по его словам, двух таких красивых девушек в «вертеп коррупции и разврата» – именно так он выразился о городе-герое. И поехал вместе с нами. А правильнее будет сказать, что именно он полностью устроил нашу поездку. Оплатил перелет до Москвы, снял гостиницу на все время нашего пребывания там.

Причем снял два номера. В одном жили мы с мамой, в другом – он один.

Я ездила в академию сдавать вступительные экзамены, а мама и дядя Килим сопровождали меня. И пока я корпела над экзаменационным заданием в просторной аудитории, Вероника Сергеевна и Килим Ярашевич оставались наедине в терпеливом ожидании. И каждый раз, выходя из аудитории, я замечала, что их лица становятся все печальнее и отрешеннее. И лишь при мне они становились прежними.

Но это были маски. Хотя, я, та еще эгоистка, ничего замечать не хотела, а думала лишь о результатах, которые станут известны только завтра. А завтра я прыгала, увидев в списках свою фамилию как умалишенная. Но через несколько дней был следующий экзамен, поэтому я спешила как следует подготовиться.

Но прошло и это.

Когда вывесили результаты последнего экзамена, мое сердце пропустило удар – моей фамилии в списке не было. Я даже пошатнулась. И, если бы не дядя Килим, валяться бы мне на мраморных полах Московской государственной промышленно-художественной академии имени Сергея Григорьевича Строганова.

Примостив меня на какой-то то ли скамеечке, то ли кушеточке, он отправился на кафедру «Художественного проектирования интерьеров», чтобы выяснить, почему это моей фамилии нет в списках. Все оказалось до банального просто. Дело в том, что один из нескольких листов списка вылетел из рук работницы деканата, что вывешивала результаты.