Завещание 2. Регина

Тем вечером Илья провожал меня до общежития. Но у входных дверей сказал, что ему так не хочется со мной расставаться, поэтому решил проводить до комнаты. А рядом с ней мы столкнулись с Коваль, которая куда-то убегала, расфуфыренная как кукла. Короткое черное платье едва прикрывало кружево чулок, а из глубокого выреза грозили вывалиться два мягких бежевых шарика ее пышной груди. И лишь распахнутая кожаная курточка могла служить хоть каким-то прикрытием. Могла, но не служила. Ведь она была такой крохотной, что скорее открывала, чем прикрывала что-либо.

Я тогда еще обратила внимание, каким взглядом ее смерил Илья. Словно тот кот, что запах валерьянки унюхал. И то, как загорелись его глаза, мне совершенно не понравилось. Но Машка отвлекла меня от этих мыслей, сообщив, что убегает на свидание, и до утра ее можно смело не ждать. С этими словами она скрылась на лестнице.

Илья же, проводив мою подругу взглядом, который мне не удалось расшифровать, схватил меня в охапку и потащил в комнату. Там, не зажигая свет, начал стаскивать с меня куртку, бросая ее прямо на пол, туда же полетел свитер, и Илья толкнул меня на мою же кровать.

Дальше мне пришлось наблюдать за тем, как он скидывает с себя свое модное пальто и толстовку, оставаясь по пояс обнаженным.

Фигура у него, конечно, была совершенной. Такие парни должны позировать в художественной мастерской для писания с натуры, а не стоять поздним вечером в общажной комнатушке над перепуганной его напором девчонкой, которая уже и не слишком-то хочет, чтобы он тут стоял.

– Я больше не могу терпеть. У меня уже яйца сводит от того, как трахаться хочется.

Я очень сильно надеялась, что в темноте не было видно моего лица, и Илья не заметил, как я скривилась при его «романтическом признании».

Он накрыл меня своим телом и сразу же поцеловал. Требовательно. Жадно. Просовывая свой язык в мой рот. Это был голодный поцелуй. И мне он не понравился, как я не старалась найти в нем хоть что-то приятное. Видимо, потому что мои ожидания расходились с действительностью: я рассчитывала, что Илья будет нежен и терпелив, а он видимо рассчитывал на совершенно иное.

Его руки уже пробирались под мою одежду. И как бы громко не звучали в голове наставления Машки, принять действия Ильи не получалось. Я бы даже сказала, что было противно. Но я терпела, практически стиснув зубы.

Он ощупывал все мое тело, а я извивалась под его руками. Скорее всего у него складывалось впечатление, что своим поведением я потворствую его действиям.