Преломление. Том 3. Черное и белое

Но я уверен, что он отдаст ее черно-белым, чтобы не ссориться с ними.

– То есть он ничего не знает о том, что мы тут собираемся делать?

– Нет.

– И ты… Ты понимаешь, что согласившись, я предам его? Человека, который сделал для меня все. Ради какой-то фиолки!

– Она не фиолка, она часть команды.

– Часть команды… – Санни начало трясти. – Все так носятся с ней и ее способностями, будто в ней что-то особенное. Ах да, теперь я понимаю, что: она, оказывается, проклятая. И нужно ее спасать.

И все такие «ой, хорошо, ну, фиолка или нет, неважно, давайте ее защитим, даже если нам прилетит по самые помидоры». Ну офигеть теперь!

– Ю-тян…

– А моих родителей никто так не защищал!

Санни стрелой выбежала из «Синей кошки», вытирая слезы, и никто не стал ее останавливать. Маги не вымолвили ни слова, просто переглянулись и тяжело вздохнули.

~~~

Их акробатическая фигура рассыпалась: близнецы повалились на мат, едва не поломав себе шеи. Вопли из тренировочного зала было слышно чуть ли не в другом конце здания.

– Элиа, что ты творишь?!

– Это ты что творишь?!

– Я делал то, что делал всегда. А ты?

– И я тоже. Значит, виноваты мы оба.

– Нет, не оба, – кисло сказал Элио, помогая сестре встать. – Кто у нас тут центральный мозг?

– А кто из нас непослушные конечности?! – вскипела она.

– Какое отменное обзывательство ты придумала, а!

Элио пробуравил сестру гневным взглядом и двинулся на выход. По дороге он чуть не сбил Аой, которая зашла в зал, чтобы разобраться с конфликтом.

Небесная попыталась остановить юношу, но тот издал несколько непечатных слов – что с ним случалось довольно редко – и скрылся в коридоре.

Тяжело вздохнув, Аой посмотрела на свою подопечную. Та плюхнулась обратно на мат и надула губы.

– Что тут произошло? – спросила лидер опергруппы.

– Я перестаю понимать его, – Элиа не то возмущалась, не то жаловалась. – Не чувствую его. Как будто он научился закрывать свои мысли от меня.

Даже когда я прикасаюсь к татуировке… Я ощущаю пустоту.

– Похоже на небольшую рассинхронизацию. Это может быть опасно.

Аой заволновалась не на шутку. Особенная природа Элио и Элии (в прошлом единственного человека – Элеонор) требовала щепетильного подхода к их эмоциональному состоянию. За десять лет близнецы практически никогда не ругались, потому что всегда понимали друг друга не то что с полуслова – еще на стадии мысли.