Преломление. Том 1. Дети Эволюции

Законы магии непреодолимы, и влезть другому человеку в голову невозможно.

– Тем не менее ты вызываешь именно такое чувство.

– Я размышлял на эту тему, чисто на уровне теории. Чтение чужих мыслей должно неизбежно делать меня фиолетовым, потому что это единственный тип крови, способный давать силы нарушать Непреложные Законы. Но оттенок клеток спектра не меняется после окончательного формирования в юношестве.

– Придется поверить, что ты не живешь в моей голове.

– Ты и так открытая книга, Аой, – вздохнул Шэдоу.

 – Прости, но не нужно быть ни зеленым, ни фиолом, чтобы понять, о чем ты думаешь на самом деле.

Та резко покраснела и возмущенно втянула ртом воздух, но ничего не ответила. Шэдоу поспешил добавить:

– И что в таком случае нам стоит предпринять, если поведение Мурасаки вызывает подозрение? Устроить за ней слежку?

– Сомневаюсь, что она действительно задумала что-то криминальное. Но у меня есть серьезные основания полагать, – Такеши прочистил горло, – что она отправилась в M.

A.G.E.

– В таком случае нас ждет еще больше головной боли, – вздохнула Аой.

13 мая 2025

Съемная квартира оказалась значительно просторнее комнатушки в кампусе Академии. Только-только въехав, Ниджи сразу же вышла на балкончик за огромной дверью-купе. Эта сторона дома выходила на запад, в самый раз для потрясающих закатных видов. Жаль только, что солнце очень быстро скрывалось за большим количеством небоскребов.

Весенний воздух, даже трижды загрязненный бесконечными машинами, будоражил сознание.

Квартира находилась в центре города, и Ниджи могла наслаждаться с двадцатого этажа всем тем, что она так любила: хаотичным движением траффика, яркими разноцветными вывесками, светом из соседних окон. Внизу толпились монолитные высотки в десятки, а то и сотни этажей. Ярким пятном светилась доминанта – бело-голубая телевизионная башня, в миле от которой разместился главный корпус Международной ассоциации профессиональных магов и экзорцистов. В закатный час это монументальное здание, царство стекла и прожекторов, выглядело особенно впечатляюще.

Сквозь частокол небоскребов прорастали то тут, то там зеленые парки, где деревья круглый год носили гирлянды. Виднелась и протекавшая через центр города река с несколькими мостами, среди которых переливался радугой самый знаменитый навесной мост мира – Сора-но-Сэки. Он не только знаменовал собой торжество футуристического дизайна, но и считался излюбленным местом у самоубийц Нью-Токио.