Немой мир. Падшие и обреченные

Мой и твой мир… точнее, то, что от него осталось, – тут его глаза приобретают уже знакомый оттенок ехидства – неразрывно связаны на протяжении миллиардов лет. Иногда происходит то, что люди не в состоянии понять или осмыслить.

– Что за бред ты несёшь? – ворчу ему в руку я.

Анаэль сильнее прижимает её к моим губам.

– Тихо. Я пытаюсь сказать, что мой рассказ может вогнать тебя в транс или депрессию, – он пробегается по мне оценивающим взглядом. – Хотя нет, тебя скорее это приведёт в ярость, а меня к поломанным крыльям.

Я вновь впадаю в оцепенение. У демонов так принято: сначала запугать, а потом смеяться?

– Сядь, – резко приказывает он и за руку усаживает меня на кровать. – Готова слушать меня и не распускать руки?

Я поражённо несколько раз моргаю, а затем утвердительно киваю головой, ерзая на кровати от напряжения.

– Готова.

Анаэль обречённо вздыхает, нависая над мной. Все его жесты, взгляды, выдают ведение настоящей внутренней борьбы. Каждая мышца на волевом лице будто танцует свой никому не известный танец.

От того, что даже такой хам, как он, подбирает слова и выглядит неуверенным, мне становится ещё больше не по себе. Насколько должен быть ужасным его рассказ, если он так ведёт себя? Наконец, падший заканчивает терзать себя раздумьями, очевидно следуя одному прекрасному плану: «Будь, что будет!».

– Дея, я пал давно. И жил в Аду до тех пор, пока мне не повелели выполнить одно задание, – его серьёзный и мёртвый тон заставляет корни моих волос встать дыбом.

– …К-какое?

Он вновь смотрит в мои глаза, словно говоря: «Я не виноват», а затем произносит:

– Мне сказали, что я должен убить юного ангела, по имени Аврелия, которого найду на Поверхности. Дея, я должен убить твою сестру и навсегда отдать её душу Люциферу.

«Один-миллион» – нервно проносится в голове, а затем мой мир взрывается и разлетается на множество маленьких частиц.

Глава 4

Я совершенно не чувствую своего тела. Только что Анаэль уничтожил всё, что я пыталась сохранить или построить.

Я думала, что он поможет мне, что обрела невероятно мощного союзника, а вместо этого пригрела врага-убийцу, мечтающего лишить жизни единственного человека, ради которого до сих пор бьётся моё сердце.

– Убирайся! – визжу я, соскакивая с кровати, и толкая парня изо всех сил в грудь.

Анаэль отступает на шаг назад, но не дальше. Я снова кидаюсь, пытаясь ударить его как можно сильнее и больнее.