В плену своих желаний

– Мариночка, это снова я, – на мгновение повисла неловкая пауза, но профессор, собравшись духом, продолжил: – Я тут подумал… Возможно это было слишком легкомысленно с моей стороны обещать вам что-то и я теперь переживаю, что дал вам надежду на продолжение…

– О чём вы, Виктор? – лицо Маринки засияло, растягиваясь в  широкой улыбке.

– Ну как же, Мариночка? Я вам дал надежду, что у нас с вами может всё сложиться.  А сейчас, немного поразмыслив, я понимаю, что не готов отложить свою карьеру ради женщины, даже такой привлекательной, как вы.

Понимаете? Да и мама вряд ли захочет переезжать. У неё там дача, цветы, кружок фольклорный опять же… Она вряд ли захочет всё это оставить. А я не смогу оставить её. Замкнутый круг. Если конечно вы, Мариночка, не захотите вернуться в Саратов. В этом случае есть надежда…

– Угу…

– Поэтому, Мариночка, прошу простить меня. Мы с вами не сможем больше встречаться. Не хочу делать вам больно, ведь это может зайти слишком далеко. А пока только зарождение чувств и можно пережить это гораздо проще.

Согласны?

– Угу…

– Марина, я слышу, что вы расстроены. Но прошу вас, не принимать это близко к сердцу. Если хотите, мы с вами иногда можем обедать, когда вы будите у родителей в Саратове. Хорошо?

– Замечательно! Обязательно, Виктор Сергеевич! Прощайте!

– Мариночка…

Но Маринка уже нажала отбой и приплясывала в счастливом танце.

– О да! Работает! Просто сжечь и всё!

С этого момента она твёрдо решила, что будет очень внимательно обдумывать каждое желание и не тратить странички на всякую ерунду.

Понимала, что сформулировать запрос так, чтобы тетрадка его не перевернула с ног на голову и не исполнила кособоко – сложная задача, а потому – торопиться точно не стоит!

Глава 7

Маринка сидела перед зеркалом в спальной и задумчиво рассматривала своё лицо. Трогала нос, то задирая пальчиком вверх самый кончик, то наоборот сплющивала его,  делая широким. Выпячивала губы вперёд, представляя их более пухлыми, и чуть натягивала кожу на висках, отчего её глаза принимали красивую восточную форму.

Шальные мысли поменять что-то во внешности проносились галопом и тут же исчезали, разбиваясь о страх того, что любое вмешательство будет невозможно исправить простым вычёркиванием желания из тетради. Тем более Маринка и так считала себя довольно красивой. Родители об этом позаботились, напоминая дочери каждый день, что она их маленькая принцесса и достойна самого лучшего.