Город и люди в нём

– Таки дармовая?! – развеселился Артур, глядя то на одного, то на другую.

– Одна баночка. Из партии жёлтого.

– Случайный бонус. – Катя, безразлично.

– Ты недолила. – без укора, с улыбкой.

– Там не влезало. – кратко, не вовлечённое.

– До метки на стенке ещё было место.

Она отвела взгляд. Отвернулись и остальные, отчего общая атмосфера в миг потемнела. Не поняв причин, но не став раздувать угли, Ханг взял радио.

– Кто это вещает?

– Вторая телебашня. – Готфрид, сухим голосом, затем кашлянув, продолжил как обычно.

 – В другой части города. Крутят песни на своей тарабарщине. Ни слова не понять. Но мелодично.

– А есть другие станции? – поворачивая верньеру.

Передача сменилась шумом. Один оборот, ещё и ещё. Лишь шум, какие-то редкие щелчки и едва различимые обрывки. Обратно, через рабочую частоту, и ещё три оборота. Ничего.

– Когда-то, были и другие. – указав на оставленные кем-то засечки на корпусе, совпадающие с движением белой метки, внутри шкалы частотного диапазона.

– Или раньше вещали на других частотах. – Женя.

– Но сейчас только эта. – Артур, снова подрезав, вставая между.

Не выдержав, работник цеха подскочил со стула. Резкий оборот, два шага и мужчины почти упёрлись друг в друга грудью. Никто не вступился. Катя отстранённо поглаживала кружку. Готфрид, исподлобья смотрел поверх книги. Ханг, боялся пошевелиться, чтобы не стать тем, кто спровоцировал разлад. Простояв так минуту, Евгений оскалился, желая что-то сказать. На его лице, мелькали невысказанные мысли.

Гнев, разочарование, оправдание и желание высказаться, но в место того, резко выдохнув в сторону, будто осев, отступил, и медленно отварив дверь, задержавшись на секунду, вышел.

– Уверен? – Готфрид, обращаясь к Артуру.

– Да хули там уверен! – раздосадовано вскинув руку. – Я вообще хуй знает что творю. – раздражённо схватив пачку сигарет, вышел на балкон.

Тускло разгоревшись красной точкой, тлеющий табак озарил лицо курящего. Тонкие струи дыма, унеслись под порывом ветра, взгляд устремился в даль.

– Почему он так? – Ханг.

– А ты не понимаешь? – хмуро.

– Из-за тебя. – Катя, вяло и отрешённо, будто уставшая, и протянув руку, с трудом подняв кружку, отпила.

– Но я же говорил, что он меня проводил. – выдавая себя обеспокоенностью.

– Говорил. – кивнул блондин. – Но сам он, сказал другое. Он, поступил неправильно и Артур хочет ему это показать. Но иногда он перебарщивает. – через плечо взглянув на балкон.