Элита «Эмпайр-Хай»

Но мне было приятно слышать это от него. Потому что всех остальных, кто считал меня идеальной, я уже потеряла. Не раздумывая, я бросилась ему в объятия.

Феликс крепко прижал меня к себе, как будто был единственным человеком, на которого я могла положиться. Возможно, так на самом деле и было.

Рядом с ним я чувствовала себя защищенной, любимой. Мне было так тепло в его объятиях. Я покрепче зажмурилась, надеясь, что это мгновение продлится как можно дольше. Мне это было необходимо. Если сегодня вечером мне придется ехать к Пруиттам, я должна напоследок насладиться этими моментами счастья.

Он погладил меня по спине.

– И да, ты, похоже, приняла меня за Кеннеди, но знай, что мой дом открыт для тебя, когда захочешь. Мама не будет возражать. Родителей вечно не бывает дома.

– Возможно, мне придется принят твое приглашение, – пробормотала я ему в грудь.

Он продолжил гладить меня по спине.

– Тогда оставайся сегодня у меня.

Я отстранилась от Феликса, чтобы увидеть его лицо. Перед тем, как моя жизнь перевернулась вверх тормашками, я сказала ему, что хочу просто дружить.

Он согласился и ответил, что готов ждать. Того момента, когда я снова захочу быть ему кем-то большим, нежели просто другом. Он не знал про Мэтта. И я не могла ему сказать, так как Мэтт считал, что наши отношения должны оставаться тайной. Черт, я ведь даже согласилась пойти на вечер встречи с Феликсом. Но также согласилась пойти и с Мэттом. Я так и не разобралась в этой ситуации, потому что в последние дни едва могла дышать, не то что связно мыслить.

Я думала, что моему сердцу уже никто не причинит боль. Но ошиблась. В моей жизни все было так запутано. Я никак не могла во всем разобраться. И чувствовала себя слишком измотанной, чтобы прямо сейчас что-то исправить.

– Я позвоню тебе, если смогу, – сказала я, потому что не знала, где живут Пруитты. И не знала, удастся ли получить доступ к телефону. Но, если у меня получится выбраться, я поеду к Феликсу. И мне было все равно, встречаемся мы с ним или нет.

Главное, я оказалась ему небезразлична. Для меня в тот момент это было самым главным. Он был мне нужен.

Феликс даже не был моим лучшим другом. Или парнем. Он был кем-то средним между двумя этими понятиями. Возможно, именно поэтому я с такой легкостью поделилась с ним своими самыми мрачными страхами:

– Я потеряла маму. И дядю. У меня никого не осталось. Я одна. Совсем одна.

Он снова обнял меня и положил подбородок мне на макушку.

– У тебя есть я.