Элита «Эмпайр-Хай»

Последний час я бесцельно бродила по городу, но его прихвостню все равно удалось меня отыскать.

Почти все это время я плутала по улицам, плача и злясь. Но, по большей части, плача. Я не переставала напоминать себе, что разбитое по вине глупого мальчишки сердце – это ничто в сравнении с утратой двух человек, которых я любила больше всего на свете. Внутри у меня все сжималось от чувства вины только из-за того, что я думала о Мэтте. Он был для меня совершенно не важен. Он не имел для меня никакого значения. Я постоянно повторяла это про себя, словно надеялась, что таким образом это станет правдой.

Но сложно убедить свое сердце в том, что все хорошо, когда ощущение было, словно Мэтт переехал его на мерседесе Джеймса.

Я попыталась обойти Миллера, но он снова преградил мне путь.

– Куда подевался блейзер, в котором ты была утром? – спросил он.

Я остановилась посередине тротуара.

– Это неважно.

Теперь уже все было неважно.

– Нет, важно. У стилиста подготовлен список вещей, которые нужно тебе купить.

И, если ты потеряла его, мы добавим в список, что нужно купить новый.

От удивления я даже раскрыла рот. Потеряла? Вообще-то у меня не было привычки терять одежду. Тем более, что эта дурацкая форма стоила кучу денег. Я ни за что не потеряла бы ее. От одной только этой мысли я не выдержала и закричала:

– Мне не нужны новые блейзеры! Или одежда! Я хочу вернуться к Кеннеди!

Да, я точно была не в себе, раз орала на человека, которого практически не знала.

– Ты же знаешь, что это невозможно, детка.

Сегодня такое обращение мне совсем не понравилось. Только одному дяде всегда удавалось поднять мне настроение обращением «малышка». А не какому-то незнакомому телохранителю.

– Не называй меня так, – сказала я и снова попыталась обойти его, но он положил руку мне на плечо.

– Что сегодня случилось? – спросил Миллер. – Почему мы не встретились около школы, как договаривались?

– Я не пришла на встречу, потому что у меня нет ни малейшего желания куда-либо ехать с тобой!

– Что случилось? – снова спросил он таким спокойным тоном, что у меня задрожала нижняя губа.

Я быстро вытерла навернувшиеся на глаза злые слезы, надеясь, что он их не заметил. Я не могла рассказать ему о том, что произошло за ланчем. Изабелла явно угрожала мне. У нее наверняка была припасена альтернативная история всех событий. И поверят, разумеется, ей, а не мне.

– Ничего. Это неважно, – ответила я.

Он поджал губы.

– Думаю, что как раз важно.