Элита «Эмпайр-Хай»

Посреди комнаты стояла женщина в очках с толстыми линзами и кудрявыми волосами. Около нее находилась стойка с одеждой. Выглядело все это странно, но еще больше меня поразил вид самой комнаты.

По стилю она была совсем не похожа на остальную квартиру. Светлая, просторная, с белой кроватью с балдахином, покрытой безупречно-белоснежной простыней и толстым белым одеялом. Прикроватный столик и гардероб были выполнены в том же стиле. Из большого окна напротив открывался вид на город. Но больше всего меня потрясло то, что все стены в комнате были выкрашены в ярко-желтый цвет.

Почти такой же, как на кухне моей мамы.

– Извини за запах, – сказал Миллер. – Маляры только ушли.

– Комната вся желтая, – сказала я.

– Ты не назвала свой любимый цвет, когда мистер Пруитт спрашивал тебя, поэтому ему пришлось выбирать самому.

– И он выбрал этот?

Миллер кивнул.

– Если тебе не нравится, только скажи, и завтра мы все перекрасим.

– Нет, нет, мне нравится.

Мне в самом деле он понравился. И то, что мистер Пруитт выбрал именно этот оттенок, не могло быть случайностью.

Желтый не самый очевидный выбор, когда речь заходит о комнате для девушки-подростка. Мистер Пруитт знал, какой любимый цвет был у моей мамы. Он выбрал его, так как хотел, чтобы я чувствовала себя здесь как дома. Правда ведь? При этой мысли мне стало больно в груди. Что еще ему было известно о моей маме? Что еще ему было известно обо мне?

– У нас не так много времени, – сказала стилистка. – Через три часа у меня еще одна встреча.

Три часа? Что она собиралась делать со мной эти три часа?

– Миллер рассказал мне, какой у вас примерно размер, и я принесла несколько вещей, чтобы вы смогли надеть их в эти выходные. Подойдите поближе, чтобы я могла подогнать всю одежду.

Сантиметровая лента появилась у нее в руках словно по взмаху волшебной палочки.

Я посмотрела на Миллера. Как ему удалось выяснить мой размер?

– Я скоро вернусь, – сказал он, не глядя на меня, и закрыл дверь.

Я снова повернулась к стилистке. Линзы в очках увеличивали ее глаза, из-за чего они казались неестественно выпученными.

Она быстро подошла ко мне и начала измерять каждый дюйм моего тела, попутно задавая вопросы по поводу разных стилей, про которые мне ничего не было известно. Я не могла понять, как ей удавалось говорить, когда у нее изо рта торчала пригоршня булавок.

Стилистка заставила меня примерить всю одежду, которую привезла с собой, хотя я пыталась убедить ее, что мне ничего из этого не нужно.