Нина. Книга 2. Зов пустельги

У него талант выбивать из людей то, что он хочет услышать! Ох, Нина! Какое безупречное манипулирование людьми!

– Макс, сообщи всем, что мы ищем этого гада! На улицах, в барах, в участках: всем! Найди его в кратчайшие сроки! – говорил Эрик.

– Я пойду с ним, – сказал Рудольф.

– Нет! Вам нельзя высовываться. Я пойду! – вызвался Игнат. – Я должен отработать свой промах!

– Ты не виноват, – запротестовал Эрик.

– Нет! Облава произошла на мои грузовики! Я должен отработать!

Друзья переглянулись. Эрик кивнул.

Уже через минуту офис опустел. Мужчины отправились на охоту.

Макс организовал настоящую травлю. В течение часа были проинформированы все рабочие точки: от уличных дилеров до полицейских. Все маломальские забегаловки, где окантовывались работяги со складов, были взяты под наблюдение. Квартира Альберта перевернута, его машина отслеживалась дорожным патрулем. Если он в городе, он не сможет его покинуть.

Размер вознаграждения и оперативные действия Макса быстро дали результаты. Звонок на мобильный раздался в машине, когда Роберт вез Эрика и Нину обратно в апартаменты.

– Эрик, они нашли его, – говорил Дэсмонд в телефоне.

– Это отличная новость, приятель. Ты все проконтролируешь?

– Да. Я жду их на четвертом складе. Они уже везут его.

Эрик взглянул на Нину, сидящую на заднем сидении, и по обыкновению смотрящую в окно.

– Сделай все аккуратно, – сказал Эрик.

– Сделаю, как надо.

Нина наблюдала за тем, как в десяти километрах от нее Дэсмонд примерял кастеты.

Там было семь или восемь разновидностей. Каждую Дэсмонд надевал на кулак и отрабатывал удары в воздухе. Он был возбужден от предстоящего веселья. Еще он любил работать ножом, но особо не увлекался. Садистские замашки вроде ворошения внутренностей на живую его не прельщали. Нож был скорее неким абстрагированием от увлечения боксерской груши из плоти.

Эрик был уверен, что Нина не должна знать об этой отвратительной кровавой стороне бизнеса. Он будет оберегать ее сознание от подобных моментов.

Вот только он не был осведомлен о ее безупречном нюхе на кровь. Она увидит ее даже будучи за километры. Воздух донесет металлический запах, а агонические крики жертв будут преследовать ее до конца жизни.

Во втором часу ночи она добрела до спальни уже совсем без сил. Эрик помог ей снять кеды, и она так и легла в одежде, не расстилая кровать. Едва коснувшись подушек, Нина нырнула в очередную параллель, наполненную образами нагих людей, извивающихся в экстазе.