Падальщики. Книга 4. Последняя битва

Теперь же, когда граница между нами перестала быть невидимой, я обрел уверенность в своем требовании. Я имел право хотя бы заявить о нем.

– Я не перестаю задаваться вопросом: почему они? Они все? Триггер, Кейн… Но не я.

Вот так спустя восемь лет я объявил о своем праве хотя бы узнать причину. Я был готов к очередному отнекиванию, закатываю глаз, взмаху руки, как от надоедливой мошки. Но Тесса тоже решила перестать бегать от ситуации, потому что понимала, что рана не исчезнет со временем, она никогда не переставала кровоточить.

– Может быть, потому что я слишком люблю тебя, Калеб, – ответила она едва слышно.

Я нахмурился. В ее глазах заблестели слезы. Она глубоко вдохнула и напором выдала слова, что жгли ее душу все эти года.

– Я слишком сильно люблю тебя, и боюсь, что, потеряв тебя, не переживу этого.

Вот так просто Тесса призналась в любви. В очень странной любви. И эгоистичной с одной стороны, и логичной с другой.

– Мир слишком жесток, непредсказуем и голоден. Я уверена, что, как только подпущу тебя к себе, он сожрет тебя.

А я не смогу с этим смириться. Так было со всеми, кого я люблю. Так случилось и восемь лет назад, когда ты едва не умер.

Я вдруг постиг озарение. Все это время я недопонимал Тесс. Не только физическая боль от ожогов закалила Тессу, но и боль от потери брата, осознание того, что она едва не потеряла меня.

– Ты делаешь выбор за меня. Я об этом не просил. Никто не давал тебе право решать за других, – произнес я, меня вдруг охватила злость.

– Но я решила.

И не жалею. Я всегда ныряю очень глубоко, Калеб. Мои поступки граничат с самоубийством, я отправляюсь в миссии с осознанием того, что не боюсь умереть. Но я жутко боюсь терять кого-то. Меня это ломает. И когда я вижу тебя рядом с Бридж, я спокойна, потому что знаю, что она не позволит тебе прыгнуть за мной в пропасть.

Ответ, который я желал, становился все четче с каждым произнесенным словом, но я уже не хотел дослушивать его до конца.

– Твоя смерть, Калеб, уничтожит меня. Она выпотрошит меня, и я никогда не оправлюсь.

Я прислонился к стеклу лбом, прижал к стеклу бионическую ладонь и отчаянно звал Тесс не отвергать меня. И она не стала противиться, как всегда до этого. Она прижала к стеклу свою ладонь. И пусть не полностью, но мы прикоснулись друг к другу, как раньше, как восемь лет назад: ладонь в ладонь.

– Если любишь меня, сделай, как я прошу.

И собственноручно разрывая свое сердце на части, я кивнул.

17 февраля 2071 года. 21.