Сердце зимы

– Послушай, а за каким отродьем Хаоса ты остался в лесу с пигалицей? – вполголоса спросил Раш, меняя тему разговора.

– Она нуждалась в помощи, – сдержанно ответил Арэн.

Хани определенно много чего не сказала, и Арэн чувствовал себя облапошенным. Врожденное чутье подсказывало, что девчонка не так проста, как кажется на первый взгляд. Но если так рассудить, разве он сам стал бы посвящать посторонних в дела, их не касающиеся? И все же странное растение-ловушка, невидимые преследователи и ее вопросы насчет цели его приезда – все это неспроста.

А ее северное шаманство? Колдовство? Изначальный, магия сгинула вместе с шаймерами. Если бы он не видел собственными глазами то, что видел – первый бы высмеял того, кто рассказал бы такую небылицу. И почему девчонка сказала, что ей голову снесут? Харста зад, может, не стоило ее одну отпускать?

Раш пододвинул к нему полную кружку темного пива. Дасириец одним махом опрокинул ее в себя, поморщился: кислое и, мать его за ногу, крепкое.

Как Миара до сих пор под столом не валяется, кажись, не первую уже в себя вливает – и хоть бы что.

– Девчонка не простая, – словно прочитав его мысли, сказал Раш.

– Ты видел то же, что и я?

– А что ты видел?

– Хватит со мной говорить загадками, нишан[8 - Нишан (дасирийское) – названый брат/брат на крови. Также употребляется в отношении человека, который стал значительным, благодаря своим высокородным покровителям.]. Знаешь же, что не люблю этого.

Раш склонил голову набок и как бы между прочим указал взглядом на северян, которые обхаживали разомлевшую Миару. Один из них лишь делал вид, что увлечен прелестями таремки, но то и дело косился на ее спутников.

Арэн никогда не торопился с выводами, старался держать голову и не горячиться. Тем более сейчас, когда он все больше понимал, что нравы и обычаи северного народа ему, мягко говоря, не по душе.

– Парень ее точно дуболом. Прост, как портки крестьянина, – негромко сказал Раш.

 – Он тут кое-чего наболтал. Был бы моим стражем, я бы за такое ему башку оторвал, а рану солью присыпал.

– Страж?

– Ее кетельгард. У каждого высокородного северянина должен быть кетельгард. Тот, кто примет на себя удар. Кто-то крепкий и неразговорчивый. Рхельцы своим стражам языки отрезают, и скажу тебе – правильно делают.

– Стало быть, она знатного рождения?

– Дочка какого-нибудь норена.