Фригидная для оборотня многоженца

Даже невзирая на злость, он вызывает интерес. Не могу я пропитаться ненавистью, как бы не старалась.

– Зачем я тебе? Ты не питаешь ко мне теплых чувств. Скорее, наоборот, иногда я ощущаю твою неприязнь. Так зачем этот спектакль? – меняю тактику. Не перестаю искать подход к оборотню. Должна быть у него ахиллесова пята. Обязана быть. И я ее найду. И ударю. Больно. Без сожалений.

– Судьба сделала свой ход. Она тот еще стратег, – продолжает держать мою руку. Трогает пальцы. Исследует.

– Не первый раз уже о судьбе слышу в твоем доме.

Только мы сами творцы своей жизни. Сами делаем выбор! – делаю глубокий вдох.

– Не всегда. Судьба сама выбирает, какие карты дать нам в руки. Мы можем лишь с умом ими воспользоваться. Или спустить все на ветер, – достает из кармана кольцо и одевает мне на палец.

Сверкание камня ослепляет. Кольцо искусной работы. Большой камень, обрамленный тончайшим переплетением золотистых и серебристых линий. Загадочный узор тянет исследовать, рассматривать. Украшение смотрится очень изысканно.

Размер подходит идеально. Полностью в моем вкусе. Смотрит на мою руку.

– Вот так лучше! – любуется игрой бриллиантов.

– Я выкину это! Мне от тебя ничего не надо! Не будет никакой свадьбы! – пытаюсь высвободить руку. Стянуть украшение и швырнуть в него. Волк продолжает удерживать мои пальцы.

Если бы Джек мне подарил такое украшение, я была бы на седьмом небе от счастья. И не надо бриллиантов, пусть будет простая бижутерия или серебро. А от разрушителя моей жизни этот подарок ассоциируется с цепью.

С концом моей свободы. С началом каторги.

– Выкинешь, будет новое. Еще и еще, – подается вперед и заглядывает мне в глаза.

Невольно замираю, рассматривая хаотичный танец золотых частиц. Завораживающий, таинственный калейдоскоп. Он манит. Зовет погрузиться полностью. Окутать себя тьмой, искупаться в золотом сиянье.

Не знаю, сколько вот так смотрела в эти невозможные глаза. Время остановилось. Мысли испарились.

– Сегодня людской мир узнает о нашей свадьбе, – разрывает зрительный контакт.

Откидывается на сиденье. Все с той же самодовольной улыбочкой.

– Зачем тебе это все? – злости больше нет. Во всем теле появляется ощущение легкости. – Ты, твоя стая, вы ведь привыкли к другой жизни. Зачем тебе публичность? Свадьба со мной?

Ко мне возвращается рассудительность. Пробую продолжить разговор в спокойных тонах. Не оставляю попыток достучаться.

– Я осваиваю новую территорию, – сидит, казалось бы, расслабленный.