Лилит: Трилогия

Предашь ли ты мать, чтобы вернуть все обратно?

Азазель не знал, что ответить. Натанаил говорил убедительно, доказательства его слов были вескими, но что-то все же заставляло сомневаться:

– Я не уверен, что одним предательством можно исправить другое. Должен быть иной способ….

– Я говорю истину. Какой бы неприятной для тебя она не была. Принять её или нет – выбор за тобой. Но если моих слов недостаточно, можешь спросить у того, кто уже сделал верный выбор, встал на мою сторону и обрел великую силу!

Натанаил подошел к своему трону, нажал клавишу на его рукояти, и произнес: «Министр Порядка.

Срочно поднимись ко мне. Только что появились очень интересные новости!». После этого мелькнула еще одна вспышка, из которой появился Асмодей. Только вместо свойственных ему роскошных и вычурных нарядов на нем был серебристый комзол без всяких излишеств, украшенный лишь крупной брошью с государственным гербом Атлантиды. Едва оглядевшись, Асмодей уставился на брата. Азазель точно так же вытаращился на него в ответ. Оба явно не могли понять, что каждый из них здесь делает:

– Асмодей! Так вот ты где был, негодяй мелкий!

– Вот черт! Оно еще и разговаривает! Владыка, что это за тварь такая? Это продукт твоих опытов? Или ты опять проверяешь мое восприятие?

– Мой верный министр, это – твой старший брат. Он немного преобразился, но ты все равно узнаешь его, стоит тебе присмотреться внимательно. Вы же одной крови. Почувствуй его!

Асмодей сосредоточил внимание на косматом чудовище, и едва понял, что перед ним действительно Азазель, выкрикнул:

– Да ладно! Вот это новость! Быть того не может! Азазель, что с тобой? Ты как-то изменился….

Долго не брился что ли?

– Ты как специально ждал этот момент, чтобы обрушить на меня свои колкости!

– Ну ты же помнишь мою репутацию? Все говорили, что я остер на язык. А тут такой повод. Невозможно удержаться. Владыка, как он тут оказался? Это ты его таким сделал?

– Полагаю, Азазель тебе расскажет сам…..

По окончании рассказа Асмодей рассмеялся и едва было не разразился долгим, заливистым хохотом, но Бог Разума поднял ладонь, и министр тут же задавил смех:

– Ну ты даешь, брат! А еще меня называешь остолопом! Это же надо было вообще до такого додуматься! Такую хорошую певичку загубил.

Она мне даже нравилась. Не как девушка, не в моем вкусе. Жирненькая, да и лицо какой-то простушки. Я предпочитаю костлявых аристократок, сам помнишь! А вот концерты вполне годные давала.