Академия (Основание)

Потомки будут строить свою деятельность на готовом фундаменте, им не придется каждый раз открывать все заново. Одно тысячелетие вместо тридцати.

В.: Все это очень…

О.: Тридцать тысяч моих сотрудников с женами и детьми работают над подготовкой «Галактической Энциклопедии». За свою жизнь им этой работы не закончить. Я сам не доживу до выхода первого тома. Но к тому времени, когда Трентор будет разрушен, работа будет завершена и тома Энциклопедии будут в каждой крупной библиотеке по всей Галактике.

Молоток председателя поднялся и опустился.

Гэри Селдон сел на скамью подсудимых рядом с Гаалем, улыбнулся и шепнул:

– Ну, как вам этот спектакль?

– Похоже, вы выиграли. Что же будет теперь?

– Прекратят процесс и постараются заключить со мной частное соглашение.

– Откуда вы знаете?

– Если честно – не знаю. Все зависит от Председателя Комитета. Но его я знаю много лет. Я пытался анализировать его деятельность, хотя психоисторическими методами это делать трудновато. Тем не менее есть надежда…

Глава 7

Аваким подошел, кивнул Гаалю, наклонился к Селдону и что-то шепнул ему на ухо.

Раздались возмущенные крики, подбежали охранники и отвели Авакима в сторону. Гааля увели.

На следующий день обстановка в корне переменилась. Селдон и Дорник оказались наедине с пятеркой комитетчиков. Им даже предложили сигары. Селдон закурил, Гааль отказался.

– Наш адвокат отсутствует, – заметил Селдон.

– А сегодня – не судебное заседание, доктор Селдон, – ответил один из членов Комитета.

 – Мы собрались лишь для того, чтобы обсудить проблемы государственной безопасности.

– А теперь буду говорить я, – мрачно проговорил Линь Чен.

Четверо комитетчиков торжественно выпрямились. Наступила тишина. Гааль затаил дыхание. Линь – худой, поджарый, угрюмый – выглядел старше своих лет. Он был фактическим правителем Галактики, поскольку ребенок, носивший титул Императора, оставался марионеткой, символом. Правил Галактикой Чен.

– Доктор Селдон, – начал он, – вы нарушили спокойное течение имперской истории.

Никто из квадриллионов ныне живущих людей не проживет более столетия. Зачем же нам в таком случае отягощать себе жизнь, гадая о том, что будет через пятьсот лет?

– Ну а я протяну не более пяти, – с улыбкой возразил Селдон. – Однако для меня этот вопрос – первостепенный. Можете считать меня идеалистом. Но я думаю так, потому что считаю себя человеком.

– Не имею ни малейшего желания философствовать.