Нина. Книга 4. Падение Башни

Красно-синий огонек тут же истошно завопил, мол: «Расступитесь все! Иначе я сейчас лопну!».

Серебристый Ягуар Куп поспешил к Хаммель-Гарден.

***

– Твою мать! – кричала Нина в агонии.

И этот выкрик, такой нехарактерный для нее, и, скорее всего, привитый богатым ненормативным лексиконом Дэсмонда, так ясно обозначил катастрофичность ситуации, в которой находились трое.

– Главное – жива! – воскликнул Марк.

Но Нину это мало утешало. Боль в бедре была такой мучительной, что хотелось оторвать его и выбросить.

Нину посетили идиотские мысли о том, как было бы здорово, если бы существовали магазины, торгующие частями тела, как магазины, продающие запчасти для автомобиля. Сломалось что – пришел, купил, поменял. Да еще протюнинговал и цвет выбрал!

– Покажи! – командовала Амелия.

Нина отняла руки от бедра. Кровь тут же захлестала из черного отверстия. Вот, наконец, ты и увидела в реальности то, что Монстры показывают тебе в фантазиях. И в очередной раз Нина убедилась в том, что картинки в ее голове – ничто по сравнению с реальной болью и реальной кровью.

Амелия быстро, но аккуратно осмотрела бедро. Прощупав его с обратной стороны, Амели пришла к неутешительному выводу:

– Пуля осталась внутри!

Ей тут же вспомнились мысли о том, что прежде чем застрять в человеке, пуля пронзит кого-то еще. Пуля в бедре Нины отняла чью-то жизнь.

– Это же хорошо? Кровотечения не будет! – Марк, как всегда пытался найти позитивные моменты.

– Не совсем. Я понятия не имею, задета ли артерия! – ответила Амелия, срывая с плеч Нины палантин и скручивая его в канат.

– Не задета, – выдохнула Нина, тяжело дыша.

– Откуда ты знаешь?

– Поверь ей, она знает! – поддержал Марк.

Амелия до сих пор с трудом принимала на веру рассказы о каких-то паранормальных способностях этой девчонки, оставляя слухи другим. Но сегодня ей придется поверить в то, что Нина умеет определять степень тяжести ранения, потому что от этого зависит жизнь самой Нины в первую очередь. Амелия туго обмотала палантин вокруг раненного бедра Нины и завязала.

На какое-то время этого хватит. Но сосуды и вены будут разбухать при ходьбе, и рано или поздно кровотечение возобновится. А ходить Нине придется, потому что в лифте оставаться нельзя.

И словно в подтверждение мыслей Амелии, лифт остановился. Звук, с которым это произошло, был необычным, словно у лифта кончились батарейки или бензин. В ту же секунду свет потух, и троица осталась в полной темноте.