Твоя последняя осень

Весь пол под стеной стал заливаться этой массой, а само пятно пришло в движение и начало крутиться, как вихрь.

Амели привстала и побежала к центру комнаты, где стоял холст с красками. Она взяла пару пустых банок и вернулась обратно к пятну, которое увеличилось в размерах и стало стекать на пол, уже в разных бурых оттенках.

Макс с восторгом и ужасом наблюдал за происходящим. Амели выглядела счастливой и довольной. Она наполнила пустые банки тем веществом, которое стекало с разросшегося пятна. Плотно закрыла банки и посмотрела на Макса.

– Что это все значит? Как это возможно? Это какой-то грибок или плесень? Что за странные дела, Амели?

– Молчи. Много вопросов. Видишь эти банки с этим веществом. Благодарю тебя, за тот поцелуй. Он вызвал бурю эмоций. Теперь у меня будет много красок. Я смогу закончить свою работу. Я тебе так благодарна, Макс.

Она обняла его крепко и долго не отпускала. Макс чувствовал, что попал, во что-то странное, но очень приятное для его сердца дело.

– Теперь ты знаешь, мой самый главный секрет, – с улыбкой сказала Амели и поставила банки с веществом на пол.

– Честно говоря, я ничего не понимаю до конца, – грустно произнёс Макс, оглядывая все вокруг.

– Что же ты не понял?

– Не понимаю, откуда взялась такая огромная комната. Ведь она не может быть здесь, такой большой и все время расширяющейся. Это абсурд. С улицы видно, что квартиры здесь маленькие, абсолютно везде. Стандартные клетки для людей. А тут у тебя целый зал. Как это возможно?

– Ещё есть вопросы?

– Есть.

Кто эти все люди на портретах? Там свыше ста лиц. Ты не могла их просто выдумать из головы. И кто, тот в центре комнаты? У которого ещё нет лица.

– Это все твои вопросы?

– А это пятно в стене! Что это такое? Это же отвратительно. Это какой-то грибок, который совсем уже мутировал в нечто ужасное. Надо вызвать службу надзора и зачистить твою квартиру от заразы. Возможно, что весь дом заразился этим грибком.

– На этом все?

– Нет. Не все. Зачем ты собираешь эту грязь в банки? Это было мерзко.

Я ещё удивился, что не было запаха разложения.

– Макс! Может ты успокоишься и подумаешь не об этом?

– О чем мне ещё думать? Это все очень странно для меня.

– Ты только что касался губами моего лица, а ты думаешь про портреты и грязь.

Макс замолчал. Вдумчиво улыбнулся ей и попросил прощение за вопросы.

– Я обещал молчать. Я буду молчать.

Мужское обещание должно быть крепче бетона. В ином случае нарушаются законы бытия.