Любовь в чужом теле

Мы должны знать наших потенциальных клиентов в лицо, а это невозможно без досконального изучения «биографии» клиентов, с которыми мы уже тесно сотрудничаем.

– Изучение деятельности наших клиентов не входит в мои должностные обязанности, – Амалия оторвала свой взгляд от блокнота и выжидающе посмотрела на меня.

– В твои должностные обязанности входит всё, что я скажу тебе делать. Ты занимаешься аналитикой, так что будь любезна, представь мне этот аналитический отчёт завтра утром. Ясно?

– Нет, неясно – вы требуете невозможного! Я не успею всё подготовить к завтрашнему утру! Вы понимаете, что у нас не десять клиентов, и не двадцать.

Их сотни!

– Если обычная работа с цифрами для тебя слишком сложна, поищи себе другую. Например, можешь стоять со своей глупой улыбкой в какой-нибудь забегаловке и кричать «Свободная касса!», – сказал я развопившейся сотруднице, которая начала меня откровенно подбешивать.

– Я не улыбалась, – процедила Добрынина сквозь сжатые зубы.

– Конечно, не улыбалась.

Все сотрудницы офиса приветливые, с улыбками на лице, только ты ходишь вечно угрюмая и недовольная.

– Не правда! Я не угрюмая и не недовольная!

– Ага! Ты ёжик с гречневой кашей в голове!

– Это я ёжик? А вы знаете кто?

– Знаю. Я твой босс, и изволь мне подчиняться. Ты сегодня работать будешь или до конца дня планируешь здесь чушь пороть?

И какой дурак назначил эту курицу специалистом по учёту продаж? Ей ведь даже холодные звонки доверить нельзя!

– Работать, – буркнула девушка, направляясь к двери.

 – И я не Амалия, а Амелия.

– А анализ должен быть сравнительным, за три года, – крикнул я вдогонку, выходящей сотруднице.

– Козёл!

Насчёт последнего слова я не был уверен, сказала ли Добрынина его на самом деле или мне послышалось.

Амелия

Козёл! Дебил! Идиот! Самоуверенный и беспринципный желчный тип! Что он о себе возомнил? Что компания купила меня себе в рабство?

Сравнительный анализ по всей клиентской базе! За три года! За три года!!! Да этот отчёт как минимум неделю нужно делать, а не день!

Нет, работать после выволочки Радова было просто невозможно.

И я вместо того, чтобы пройти в свой кабинет, юркнула в закуток к Севе. Перед тем как ринутся на амбразуру отчёта своей скромной грудью, мне нужна была моральная поддержка.

Сева сидел уткнувшись в компьютер. Точнее в два компьютера.

– Приветики, милый! – обняла я за плечи Севу.

– Привет, – буркнул Сева, поправляя очки.