Чёрный волк. Фантом

Копит себе на мощный компьютер, – пояснил первый убийца.

– Выстрелы были, но это того немца они завалили. Говорили, что очень опасный, – встрял третий головорез.

– Как всегда: кто-то переходит не тем людям дорогу, и нанимают нас. Странно, что только сегодня утром дали заказ, а не раньше, – удивился второй наёмник. – Интересно, а того мальчишку они тоже завалили? Он вроде как живой нужен.

– Я не уверен, что мальчишка что-то сможет сделать им. Тем более он вчерашний школьник.

– Посмотрим, – завершил беседу первый верзила.

Владимир уже ждал их и был готов. Когда три наёмника появились из-за угла, Невский в пируэте перерезал первому попавшему горло. Второго толкнул с силой, а третьего ударил с ноги в пах. Киллеры не были готовы к нападению, и мальчишка не терял ни единого шанса. Не дожидаясь, когда неприятель отойдёт от болевого шока в штанах, Владимир вонзил нож сверху вниз в шейный позвонок и резко вытащил лезвие. Кровь хлынула из горла, так как лезвие ножа пробило позвонки и прошло сквозь горло.

Удар был довольно сильным. Второй наёмник так и не напал. Невский сначала удивился, но потом понял, что от удара наёмник перелетел через перила.

Не дожидаясь, пока кто-то спохватится за напарников, Владимир, словно мышь, прошёл на один этаж вниз и проскользнул в первую открытую дверь. На его счастье, в палате никого не оказалось. Он аккуратно закрыл дверь. Только теперь на него нахлынули те чувства, которые любой другой человек испытал бы при встрече трёх наёмников и после убийства их всех.

Страх, отчаяние и адреналин – словно мощный электрический заряд прошёл через его тело. Юношу трясло, знобило и тошнило, а после скрутило, и он, как истукан, упал на бетонный пол. Вдруг его резко охватил невыносимый жар, и от кожи пошёл пар. Зрачки сузились, затем резко расширились, зубы стали невыносимо болеть, а мышцы начало сводить судорогой. Так он пролежал в невыносимой боли около двадцати минут и лишь чудом не умер, и не пал от болевого шока.

Владимир встал на колени и осмотрелся. Зрение у него стало чуть другим. Осмотрев себя, он убедился, что до сих пор жив, и, скорее всего, эти муки ему привиделись, ведь кожа осталась прежней, и ожогов не наблюдалось. Вскочив на ноги с небывалой лёгкостью, он даже немного удивился. Такой лёгкости позавидовал бы спортсмен. Открыв осторожно и бесшумно дверь, Владимир огляделся и никого не увидел.

Спустился на один этаж и аккуратно прошёл вдоль коридора.