Сенсоры, или Шагом марш, товарищи миллионеры!

К вечеру, после удачного общения и с «рыночными», и с Кузициным (он, кстати, был женат на сестре моего друга, Ильдара Исхакова, так что меня к нему охрана пустила сразу же), я произвёл быстрый подсчёт: После сальдирования* в моём «банке» осталось всего около десяти тысяч долларов.

Сальдировать* (saldo – оплата) – подводить итог, выводить сальдо, разницу между дебетом и кредитом.

Пришлось спрятать русские деньги в большом сейфе у Степаныча в кабинете участковых – там круглосуточно дежурили менты.

К тому же в камеру хранения рубли уже не влезали физически, так как деньги мне сдавали в купюрах разного достоинства, и не всегда самого крупного.

Я отправился в ресторан на нашем железнодорожном вокзале Пермь-вторая. Там, в основном, тусовались приезжие и оставалась надежда сбыть оставшиеся баксы какому-нибудь иногороднему барыге – в Перми у меня больше возможностей не осталось.

В ресторане было весело и шумно – толпа вовсю выплясывала под хит 98 года «Кукла», и свободный столик для меня нашёлся только после купюры метрдотелю – администратору.

Правда, вместо «Иванушек» эту песню исполняли «пузочёсы» достаточно преклонного возраста, с электрогитарами, «иониками», бородами и косичками.

У барной стойки, на высоких барных стульях сидели местные профессионалки. Некоторые, меня, понятно, узнали – Пермь довольно маленький город, а я ведь мужчинка в самом расцвете сил, постоянный посетитель разных тусовок, к тому же холостой и не жадный.

Хотя я не любил секс за деньги, но по-пьянке всякое бывает, так что никто на мою скупость или малокультурность не жаловался. И в этот раз я лучезарно улыбнулся в ответ – сейчас нужна была информация.

– Привет, Артурчик, как дела? – ко мне вальяжно подплыла самая крутая местная гёрла Лола – вообще-то красивая и стройная девица. – Кого-то встречаем или ищем, Казанова?

Говорят, у настоящего Казановы в жизни существовало около 500 женщин – я поржал тихо так, про себя – не смешите мои тапочки – у меня только в блокноте-дневнике было около семисот моих «очень близко знакомых» девушек и гражданок, и то, только тех, кого я, с бодуна, не забыл записать утром.

Правда, в основном, девушек прельщала не моя мнимая гипер-сексуальность, а мой толстый… кошелёк и какие-то там туманные перспективы и глупые женские надежды.