Мой ласковый, мой нежный…

– Вижу, что не петух! – прогнусавил Михасев, -вы в сарае что делали? Что там поломалось?

– Да так, поборолись чуть-чуть! –Дарья, красиво повернув голову на нежно-белой шее, посмотрела на козла с уважением, козел жмурил от солнечного цвета наглые глаза и подрагивал от возбуждения просвечивающими на солнце розовыми ушами!

«Везет, козлам!»подумала мужская часть компании, включая Михасева.

«Молодой какой, рога еще не выросли толком!» Агафья Тихоновна качала головой и по-своему воспринимала происходящее. Было ей полных сорок пять лет, за плечами она имела несчастливое, по ее мнению, замужество и от того козлоподобные существа вызывали в ней особое участие и интерес.

– А поломались там эти, как их… – Дарья напряженно задумалась, уставив глаза в небо, – ну как их, господи!

Все замерли, разглядывая как шевелятся девичьи губы в поисках названия нужного предмета.

«Минута пошла, уважаемые знатоки!» родился экспромт в голове эксперта Трутнева, но высказать его в слух он не решился.

– Ну то, на что краски ставят! – заключила Дарья и стала оглядывать комиссию в надежде может кто подскажет.

Остроумник в эксперте Трутневе все-таки не утерпел, и он воскликнул высоким голосом:

– Помощь зала, уважаемые знатоки! – и сам рассмеялся, оценив тонкость своего юмора.

Козел оторвался от Дарьи, фыркнул и посмотрел на Трутнева оценивающе, точно выбирал куда-бы побольней врезать этому юмористу.

«Ревнует!»с уважением подумала женская часть комиссии.

Худой и тонкокостный Трутнев плавно переместился в задний ряд от греха подальше, как будто ему там понадобилась срочно с кем-то переговорить.

Компания зашевелилась, загудела, стала возвращаться в привычное состояние обсуждения, принятия решений и подписывания актов.

– Мольберт!? – вопросительно с восторгом протянула Агафья Тихоновна.

Михасев посмотрел на нее с огорчением от ее легковесности в рассуждениях и махнул рукой от разочарованности в такой зрелой, но недалекой женщине. Ответственное мероприятие наткнулось на внеплановое приключение как «Титаник» на айсберг в спокойном океане.

Но пикантность выявленного комиссией случая должна быть расследована и устранена незамедлительно.

– Откуда в этом агрокомплексе мольберты, дорогая моя! – с болью в голосе высказал он суждение оторопевшей Агафье Тихоновне. Со всех сторон посыпались еще какие-то догадки, но, как ни странно, предположение Агафьи Тихоновны оказалось самым реалистичным.

Тем временем Дарья по-прежнему шевелила губами и морщила лоб.