Железноцвет

“Иннервация”, – бормочет Зоя. – Так-то я думала. И ежу понятно.

– …Над этой системой сращиватель получает полный контроль. Что позволяет ему, например, изменять режим работы систем органов тех, кто к нему подключен.

– Откуда ты только всю эту ересь знаешь?

– Виктория была экспертом в этой области. Моя сводная сестра.

– Ну а здесь-то твой сращиватель зачем?

– Так, – говорю я, – у тебя ведь эпинефрин был, если я не ошибаюсь?

– Ага. На две дозы. Зачем…

– Воткни шприц в тело сращивателя, вколи ему где-то половину, строго на глаз.

– Куда Бог на душу положит?

– Примерно. Ему уже все равно.

Через пару секунд сращиватель наливается теплом, а через минуту уже становится слышно аритмичное биение сердец, скрытых под его шкурой. Зоя осторожно прикладывает ладонь к нему, недоуменно наклонив голову. Тем временем, я приподнимаю голову Аркадия, а второй рукой сжимаю конец пуповины. Лепестки, закрывавшие венчающий ее клубень, раскрываются, и наружу выходит неприятного вида жало.

Примерившись, я ввожу его брату в шею, чуть ниже затылка.

– Бери склянку, – говорю я, и киваю на кровать. – Осторожно, она тяжелая.

В Зоиных руках оказывается объемистый цилиндр из толстого стекла, закрытый крышкой. Ослабив винт, я подцепляю край открывалкой. Банка издает негромкий хлопок. Немедленно, спальню наполняет лютый смрад.

– Фу!

– Это цветочки, – говорю я, запуская руку в недра банки.

Там, в зелено-желтой мути, плавает облепленный тягучей плацентой предмет, на ощупь напоминающий опухоль – и жесткий, и мягкий одновременно.

От него исходит едва ощутимое тепло. Взявшись покрепче, я извлекаю его на свет.

– Это что еще, сука, за аборт?! – ужасается Зоя, от отвращения едва не выронив сигарету изо рта.

– Ближе к истине, чем хотелось бы, – бормочу я.

Верхняя часть клеща имеет почти сферическую форму. Тут и там, костяная сфера покрыта следами скорбной болезни, и местами в кости видны дыры, за которыми скрывается мягкое и розовое. Нижняя часть похожа на порцию плохо проваренных макарон под сукровичным соусом.

Размером и формой клещ близок к маленькому пушечному ядру, но весит при этом как большое.

– Есть еще чистые шприцы? – спрашиваю я.

– Ну.

– Доставай, будем кровь брать.

Я осторожно кладу клеща на простыню и закатываю рукав свитера.

– Зачем это?

– Нужно топливо. Для клеща.

– Тогда я у себя возьму.

Поработав предплечьем, Зоя распрямляет руку и вводит иглу в собственную вену.