Отступник

Мики не разбирался в дорожных знаках, и потому он не знал, что тот знак, под которым он просто пролетел и даже не заметил, говорил о пересечении с главной дорогой. И услышав очередной клаксон, Мики открыл глаза, но ничего не видел препятствующего спереди, так как огромное препятствие летело на них с боку. С того бока, где сидела Лиана.

– Держись! – крикнул Мики.

Но Лиана успела поднять только голову. Удар с боку был таким сильным, что у машины, в которой были Мики с Лианой оторвало полностью перёд. И он отлетел от самой машины метров на пятьдесят.

Мики был в сознании. Лиана нет. Она была жива, но без сознания. Мики вылез из машины, и на удивление всех окружающих стал истерически смеяться. Потом подошел к Лиане и всматривался в её окровавленное лицо.

– Ты жива красавица? – спросил он, но Лиана молчала, и, отойдя метров на десять от разбитой машины, Мики сел на землю, и стал смотреть на очередную уходящую мечту.

“Всё тает на глазах! Денег нет! Машина разбита! Нектар богов кончился! Лианы из куклы превратилась в чудовище, домой дорога закрыта! Что мне делать?!” – Мики сидел и размышлял об этом, и он видел, как подъехала “скорая” и забрала Лиану.

Кто-то интересовался из толпы:

– А где водитель? – но ответа на это никто не мог дать.

Сам же Мики сидел и молчал. Он смотрел и на ту машину с кем он столкнулся. Там тоже было много крови, но жертв не было. “Что мне делать?!” – думал Мики и с этими мыслями он пошёл в неизвестном направлении. Он вспомнил и Рыжика и представлял его реакцию, и понимал, почему он начинает его ненавидеть.

Он не хотел думать ни о чем. Он знал, что со временем эта сказка улетучиться и сожалеть о ней, он еще успеет, и потому он выбросил все эти мысли из головы и стал предаваться той истоме, которая царила в его душе. Он даже не замечал того, что из его носа тонкой струйкой бежит кровь. И что все его вещи, которые так старательно выбирала Лиана, так же, как и все остальные атрибуты его счастливой жизни, испаряются из его жизни. Мики шёл, не понимая куда. Он просто двигался и получал от этого удовольствие. Уже начинало светать. И окровавленный Мики стал более заметным объектом для окружающего общества.

– Эй, парень, что с тобой? – спросил у него прохожий.

– Да пошел ты! – огрызнулся Мики и шел дальше.

– Придурок! – услышал он в ответ, но ему были безразличны эти оскорбления, его душа была не на Земле, она была в потусторонних мирах, и благодаря этим мирам, Мики шел и улыбался будто душевнобольной.