Дневники мотоциклиста. Часть Первая

«Упыри и вурдалаки приготовились к атаке» [96 - Строчка из панк-сказки, альбома-пародии группы Сектор Газа «Кащей Бессмертный» (1994), любимой, цитируемой и почитаемой членами Банды]

Представители злачной отрасли поджидали тут же и везде: из каждого окна, закоулка, скамейки, витрины кафетерия. Колосились буйным цветом спелые, расцветшие под щедрым кубинским солнцем, налитые соком и желанием подзаработать. Они были прекрасны и удивительны! Но мы твёрдо (насколько это выходило в тот момент) решили выстоять этот первый неравный бой.

Не уступить ни пяди своей чести и кошелька. Или хотя бы на время отложить неминуемое грехопадение. Ведь позади нас Москва, Воронеж и Чаплыгин. Смотрят на нас с укоризной глазами жён, матерей, племянниц и секретарш. И потом, наши организмы давно подкошены бесконечно долгим Первым днём: перелётами, горгонами, двумя сутками без сна, той же «акклиматизацией» (слово-то какое нерусское), когда перепутаны день с ночью, зима с летом, а срамное с недозволенным…

Мы твердили себе что-то в оправдание про «успеем ещё», про «и не раз» и про «времени ещё вагон»… Честно? Мы испугались той вопиющей простоты и доступности отношений, что так разнилось с нашими отсталыми домостроевскими представлениями о заветности греха.

Вся эта тургеневщина с клятвами на Воробьёвых горах, где чеховская дама с собачкой и камелиями праведно пучит глаза и предостерегает. Где те же три товарища (Эрих, Мария и брат их Ремарк) сами могут с кем и как хотят, но нам не позволяют. А ведь ещё есть Травиата, Богема и Чио-Чио-Сан… Разве всё это по верхушкам похватанное квазиэстетское безобразие можно упрятать от самих себя, позабыв за проданные на 15 минут стыд и совесть? [97 - Культурологические аллюзии на монолог Венечки из культовой поэмы Венедикта Ерофеева «Москва – Петушки» про заповедность стыда:«Да нет, нет, – тут уж я совсем запутался. – в этом мире есть вещи… Есть такие сферы… Нельзя же так просто: встать и пойти. Потому что самоограничение, что-ли?. . Есть такая заповедность стыда, со времён Ивана Тургенева… И потом – клятва на Воробьёвых горах… И после этого встать и сказать: "ну, ребята…" как-то оскорбительно… Ведь если у кого щепетильное сердце…»Дама с собачкой – рассказ Антона Павловича Чехова, в центре которого история курортного романа двух несвободных взрослых людейДама с камелиями – роман Александра Дюма (мл.) о любви парижской дамы полусвета с молодым аристократом Арманом Дювалем.