Вкус твоего голоса

Какое волшебное место, полное жизни и эмоций; тех эмоций, которые мы чувствуем лишь мгновение, лишь в детстве. Лили наполнила грудь морским, влажным воздухом и заметила, как Бенито не отрывает от нее взгляда.

– Что с тобой? – эту фразу Лили произнесла с такой исключительной нежностью, которую она берегла глубоко внутри себя все эти годы. Или держала взаперти.

Бенито будто язык проглотил. По его лицу трудно было сказать, влюбился ли он, что так смотрит на нее, или думает о чем-то ужасном? Может, снова мысли о суициде? Она, как и никто на свете, не умела читать мысли и не могла знать, что, глядя на Лили, Бенито вспомнил свою любимую сестру и ее ребенка, которых он часто водил сюда, на это самое место.

Это родное воспоминание придало нотку тоски. Лили улыбалась точно, как сестра, с большими, зелеными глазами, полными надежды, которой она всегда делилась с Бенито. Теперь некому дарить ему надежду. Как вообще в сердце может остаться место надежде, когда все, во что ты верил и ценил, все, что ты имел, судьба отняла беспощадно?

За смотровой площадкой, в одном из старинных домов была закусочная.

Оттуда вышел коренастый, взрослый мужчина с седыми усами, кепкой на голове и сером фартуке, облегающим пузо. Он вышел на середину улицы, прикрыв глаза от солнца, присматриваясь.

– Хэй! – крикнул он наконец, Лили тут же обратила на него взгляд, – Бенито! А ну иди-ка сюда! – мужчина с сильным южным акцентом могуче захохотал, прямо как Санта. Бенито слегка улыбнулся, почувствовав во рту вкус кофе с корицей и канноли с кремовой начинкой.

Это был дядя Пуччи, не родной по крови, но еще с юных лет он называл его дядей. Мужчина заключил его в крепкое объятие. Бенито вспомнил безмятежные, дождливые дни, тогда они с сестрой забегали в кафе к Пуччи, прячась от дождя, а он угощал их кофе с десертом.

– Что с тобой, мальчик мой? Какой чудесный день, улыбнись для меня!

Бенито держал руку дяди в своих обеих, проявляя уважение и почтение. Мужчина поцеловал его в обе щеки. Лили смущенно улыбалась.

– Какая милая синьора! – Пуччи взял Лили за руку и поцеловал, – Бенито, проводи же донну в мою закусочную.

Бенито посмотрел на Лили, она вдруг стала выглядеть как-то иначе, в ней будто проснулась жизнь. Глаза заблестели, щеки стали румяные.

Они сели за столик снаружи. Бенито пытался не смотреть на Лили, но как бы сильно не пытался, это никак не выходило. Ее улыбка, слепящая, словно солнце, заставила таять его сердце, холодное, будто изо льда.