Вкус твоего голоса

– У тебя треснуто два ребра. Прежде, чем отпустить, я должен убедиться, что твое физическое состояние в норме. Полежишь здесь пару дней, еду будут приносить, медсестры проследят за состоянием. Только посмей хоть прикоснуться к ним, имей в виду, накажу.

– Доктор, мне жаль, что ей пришлось уйти из-за меня, но сейчас есть более важные проблемы. Я не могу справлять нужду в утку, это какое-то унижение для мужчины.

Доктор скривил губы, фыркнул.

– Хорошо, с охранником под руку сможешь ходить в туалет, но все остальное время будешь привязан к койке.

Медперсонал решил, что, раз Бенито и Лили вместе спасли при попытке самоубийства, значит, они, возможно, участники какого-то клуба самоубийц или типа того. Поскольку Бенито был у них чуть ли не завсегдатай, то обязан пройти принудительное лечение. А вот Лили повезло больше, отделалась серьезным разговором с психологом и обещанием больше так не делать. С каждым днем слухи обрастали подробностями и вскоре дело обстояло так, будто Бенито ходит и всех вокруг уговаривает убить себя.

***

Бенито, чья рука была прикована к койке, смотрел в потолок, пытаясь помечтать о чем-нибудь и уснуть. Свет хоть и был заглушен, но все еще было недостаточно темно, и это отпугивало сон. К тому же из коридора доносился постоянный топот, а его кровать находилась прямо у входа, напротив кровати той сумасшедшей.

Он осознавал свою вину, но не думал, что она настолько велика, чтобы заставить ту девушку на мосту вспыхнуть гневом и жаждой мести.

Он медленно прошел пальцами свободной рукой по царапинам на щеке и скулах, представляя, через какие испытания она могла пройти, чтобы вспыхнуть с такой яростью. На мгновение даже рассердился на самого себя за то, что вообще докучал постороннему человеку. По истине, чем меньше контактируешь с другими людьми, тем легче засыпать по ночам без мук совести.

Раздался сильный, беспощадный храп где-то со стороны дверей. Бенито раздраженно и протяжно выдохнул, приподнялся, свободной рукой отдернул штору и посмотрел на охранника; тот сидел на стуле, облокотившись спиной о стену, свесив голову на второй подбородок, как на подушечку, и храпел.

Бенито скривил недовольную гримасу, потом посмотрел напротив: девушка спрятала голову под подушкой и придавливала сверху, сделав сэндвич. Словно почувствовав его взгляд, она подняла голову, увидела, что он на нее смотрит, встала и со всей яростью задвинула шторки, будто бы захлопнула двери перед лицом.