Империя мечты

При упоминании помыслом Алинии сердце тут же отдалось болью неожиданной, идущей не от воли его, а от чего-то, что было подвластно не разуму, но сердцу. Она станет чьей-то женой, да и королевой Кранции тоже. А он так и будет всю жизнь отстаивать клочок некогда бывшей великой империи.

Аурик невольно, но мельком взглянул на Алинию. Не было той твердыни крепости, на дивно красивом облике её, так тщательно вознесённой строгостью такой чрезмерной, было что-то другое, что делало её более близкой, чем тогда в тронном зале.

И читалось на прекрасном лике её сочувствие к этому оконфузившемуся рыцарю. Да и юный чистый лик принцессы Ламилии выражало такое же чувство. Как благородны дочери короля!

Рыцарский турнир, набравший все обороты, неуклонно двигался к самой кульминации. Не могла вся эта чернь, да возвышенная трибуна аристократии не заметить, не отличить особенно всё же одного рыцаря, так и блиставшего мастерством своим, вышибая уверенно раз за разом противников своих, так и продвигаясь настойчиво, но к тому же легко к вершине рыцарского турнира, к самой долгожданной награде.

То был рыцарь с изображением чёрной змеи, которого оглашали при выходе не иначе как «чёрный призрак дьявола».

Всё, что начинается, когда-то кончается. Так и этот длинный рыцарский турнир подходил к закономерному концу. Вот и обозначился финал.

«Слуга ада» и «Чёрный призрак дьявола» выжидали гонг, каждый в своей стороне полосы. Устрашающие образы рыцарей, казалось, уже вели состязание. Дракон и чёрная змея внушали зрителям всех сословий одно лишь угрожающее состояние духа и силы, готовое стереть, растоптать всё на своём пути.

Долгожданный гонг раздался уж очень громко, раскатисто, оглушая напряжённые уши. И понеслось…

Мерный цокот тяжёлых копыт был главной музыкой в этом акте завораживающего, увлекательного действия, что являли собой начало, неотвратимое начало всей кульминации.

Сошлись две точки в этом мериле пространства, в этом мериле времени. И были точные удары в грудь турнирных копий, и удержались оба всадника.

Но даже неискушённому взгляду видно было, скольких усилий и воли стоит это «огненному дракону», самому «слуге ада». Другой на его месте так и слетел бы ветром с разукрашенного седла.

Тихий ужас покрывал холодом, когда «Чёрный призрак дьявола» неспешной рысью направил тяжеловесного коня обратно к линии старта для повторной схватки. О, этот истинный гладиатор рыцарского турнира знал себе цену, знал тончайшие перипетии этого театрального мероприятия.