За этот шанс во Вселенной

Лилось царство мелодии, как солнечный зайчик яркого майского дня на прозрачном оконном стекле. Успокаивая, убаюкивая, уводя мятущийся дух куда-то в безоблачную высь. И фантастическая красота тональности голоса этой юной космогонистки заводилась в какой-то особенной мелодии, пленительно завораживающей, возносящей до вершин очарования. Неужели такое волшебное созвучие звков создают сами носители этого чудесного языка? Или он, язык, расцветает как ранний весенний цветок лишь в исполнении этой прекрасной земной девушки?

И снова аудитория была взволнована, но на этот раз эффектом обратным.

Есть всё-таки у природы и яркое оформление окраски звука!

Конечно, перевод. Нужен был перевод всем этим необыкновенным комбинациям необыкновенно переливчатых звуков. А доказательства уже предостаточно, даже с лихвой.

– На языке антеров я пожелала всем слушателям благополучия, радости, исполнения всех сокровенных желаний, – размеренно, даже очень размеренно поясняла она первую тираду, ужасную тираду на этом ужасном языке.

На языке риалан она повторила то же самое, что говорила на языке антеров. «Ну, а что могла сказать эта космогонистка нам на красивом переливчатом языке недавних космических гостей, гиамантов, как называет она их? То же самое?» – такая мысль в форме вопроса могла возникнуть синхронно у явного большинства аудитории от Меркурия до Плутона и Харона, если не у всех. И ждать пришлось недолго.

– Мы часто воспринимаем природу вещей, всего окружающего нас, глазами нашего мозга, определившего для себя тот или иной критерий прекрасного, исходя только для благополучия своей души.

Красивый цветок может быть ядовитым, а невзрачная трава может быть целебной. Но опять, же, это в восприятии отдельной души индивидуума, носителя разума. Для Природы всё едино, – на этом месте Мидори сделала короткую паузу в полной тишине зала Конгресса Звездоплавания, как и в полной тишине у экранов плазменных телевизоров, мониторов, голограммных парио компьютерой, транспьютеров от Меркурия до Плутона, а затем последовало продолжение.  – Вот так я на языке гиамантов хотела высказать свою мысль на данный период, на данный миг истечения реки-времени в истории, может, и не только Солнечной системы, – и, та же размеренность в словах не по годам мудрой девушки, но ведь и пережила такое, что и оказалась единственной такой на всю цивилизацию.

Мидори слово в слово перевела весь тот разговор недавних космических гостей на «Монблане». Ей верили, не могли не поверить.