Твоя по ошибке. Расплата

Останавливаюсь, осматриваюсь по сторонам в поиске друга, в этой толпе людей. Даже если я его не найду, он сам ко мне подойдёт, раз уж он видит меня. Продолжаю крутить головой и в нескольких метрах от себя, замечаю фигуру друга.

– Ян дружище, – громко перекрикивает голоса людей, стоит с широкой расползающейся улыбкой на квадратной, счастливой морде.

Друг разводит свои руки в разные стороны, пальцами подзывает меня к себе. Усмехаюсь, качая головой, но старое юношеское приветствие не игнорирую. Дожидаюсь, когда друг повернётся ко мне спиной, скидываю спортивную сумку с плеча на пол, делаю два широких шага вперёд,  отпружинил от пало, запрыгнул к другу на спину, обхватываю ногами широкий торс парня, одной рукой хватаюсь за шею, костяшками второй сжатый в кулак руки, в надежде образовать проплешину, с небольшим нажимом прохожусь по короткому ёжику.

– Здорово бро, – приветствую друга.

Артемий стал кружиться вокруг своей оси, заведя руки за спину, обхватывая мои рёбра, сжал с силой, но уже не стой, что раньше.

Раньше от его захвата мои кости трещали, сейчас же это чревато снова оказаться в инвалидном кресле. Наш Хохот стоит на весь зал аэропорта, прохожие люди реагируют на нас по-разному, некоторые улыбаются, поднимая большой палец вверх, некоторые косятся, отрицательно качают головой, осуждая нас.

Артемий остановился, поставил меня на пол, развернулся рассматривая меня с беспокойством в глазах.

– Друг, как прошёл перелет? -взгляд внимательный и цепкий.

Арт единственный, кто был со мной на протяжении долгого времени в самый трудный этап моей жизни, не считая, конечно, тёти.

– Боли меня больше не беспокоит, не переживай друг, – похлопал его по плечу, наклонился и поднял сумку с пола.

– Мы обязательно отомстим, – косясь по сторонам, тихо произносит Арт.

– Я ради этого и вернулся, дружище, – сжимаю кулаки, произношу с рычанием.

Невольно уплываю в воспоминания десятилетней давности, которое болью отражается в грудной клетке.

Ночной трасса, мы с родителями возвращались из загородного коттеджа с юбилея мэра города.

Отец был зол, мама пыталась его успокоить. Я же сидел в телефоне, переписываясь с одногруппниками, за рулём водитель. Мне было девятнадцать, уже давно совершеннолетний, после занятий в институте работал в фирме отца, и свой отдых планировал после трудовых будней. Как раз это я и делал, переписываясь с парнями, намечая вечеринку.

– Да как он посмел мне такое предложить?! – в негодование выплюнул отец.