Последняя из Лунных Дев

Раздувшиеся до неузнаваемости лица после нескольких недель в воде. Теперь это стало страшным наследием рода Лун – те погибшие девушки и тот жуткий день. И это будет оставаться их наследием до тех пор, покуда жив хоть один человек, который это помнит.

Не причини вреда. Таковым было их фамильное кредо, к которому ее бабушка всегда относилась со всей серьезностью. Потому-то они и были все вегетарианцами – потому что принцип «не причини вреда» распространялся и на животных. Как вообще мог кто-то подумать, что Альтея способна причинить зло двум юным девушкам?!

Лиззи крепко зажмурила глаза, припомнив, как шоу «Хорошая жена» на канале WKSN внезапно прервалось срочным выпуском новостей, где сообщалось о бесследном исчезновении двух местных девушек и о том, что полиция предполагает двойное убийство.

Тогда еще никто не мог и предположить, что произойдет дальше. Как будут разворачиваться события, втягивая в свой водоворот ни в чем не повинную женщину, лишая ее друзей, средств к существованию и, в конечном счете, ее семьи. Обвинительный приговор без суда и следствия.

Как бабушка со всем этим жила?!

А еще ужаснее – как она с этим умерла? Сознавая, что вокруг всегда будут находиться те, кто предпочитает верить слухам.

В «Книге воспоминаний» Альтея обмолвилась о своем опасении, что род Лунных Дев вскоре прервется. Неужто она не понимала, что он уже, можно сказать, прервался? Что спасать было уже нечего, и не было ни малейшей возможности как-то очистить ту историю, что сочинили о них в Сейлем-Крике.

«Ты – единственное, что у нас осталось. Последняя и лучшая среди нас».

Эти слова из бабушкиного письма пришли на ум, болезненно поддразнивая Лиззи. Возможно, она и последняя – но уж никак не лучшая. Иначе она бы не торопилась поскорее избавиться от «Фермы Лунных Дев». Она бы здесь осталась и восстановила бы справедливость. Она поборолась бы за честное имя своей бабушки.

Но неужели такое в принципе возможно?

Насколько она знала, полиция не смогла найти никаких существенных зацепок и, довольствуясь отсутствием реальных доказательств, отдала дело на суд общественного мнения.

И здешняя публика – во всяком случае, большая ее часть, – с радостью это подхватила. То, что по делу сестер Гилмэн не было ни суда, ни обвинительного приговора, ни заключения под стражу, для людей не имело никакого значения. Они просто знали то, что слышали от других – и этого для них было достаточно.