Диагноз: не женат. В погоне за мечтой

– Лин, тут такое дело, – Крис переступил лапками и аккуратно сел на пушистую попу, обвив себя хвостом, – мы тут поспорили…

– Насчёт чего? – я посмотрела на Саманту, которая, прищурившись, изучала мелкую компанию, – и где вы в таком случае Нисси потеряли?

– Она пока маленькая, а у нас взрослый разговор, – отмахнулся Крис, повергнув нас с Самантой в состояние абсолютного культурного шока, – в общем, Лин… Кто? Дин или Эд?

Я застонала и откинулась на подушку, стараясь не слышать хихиканья Сэм.

Она повозилась и, свесившись с кровати, шёпотом спросила:

– Кто за кого болеет?

– Я, ррразумеется, за Эдуарррда! – Карлос воинственно распушил перья и пару раз хлопнул крыльями, – прррекрррасный варрриант! Имперрраторрр!

– А я за Дина, – скромно шепнул Сириус, присматриваясь к лежащей на столе газете, – он мне книжку принёс. С картинками.

– А я за Лин, – сообщил Крис, – она всё-таки моя собственная ведьма. Я только за неё могу болеть.

– То есть лидер пока не определился, – задумчиво проговорила Сэм, и я, заметив её резко ставший отрешённым взгляд, строго произнесла:

– Только попробуй! Мне только тотализатора и не хватало!

– Хорошо, хорошо, – с готовностью согласилась Саманта, глядя на меня подозрительно честными глазами.

– Сэм, я серьёзно! Мне только этого не хватало, – я сердито нахмурилась и, повернувшись к фамильярам, наткнулась на три кристально честных взгляда из серии «кто? мы? да как ты могла подумать?»

– Крис, узнаю – посажу на диету из овсянки, пожизненно, понял? – Крис активно закивал головой, но от такой покладистости мои подозрения только усилились.

Выпроводив наконец-то Сэм и отправив фамильяров к Шатху, я стянула платье и рухнула в постель. Странник всемогущий, неужели я дожила до этого светлого момента?

Сон навалился мгновенно, не оставив мне ни малейшей свободы выбора, и утащил в свои мягкие объятия.

И снова, как недавно, я увидела себя в невероятно красивом платье, но на этот раз со мной танцевал неизвестный красавец с тонкой герцогской короной в тёмных волосах. Он улыбался мне, говорил какие-то наверняка изысканные комплименты, кружил в танце, но я никак не могла рассмотреть его. Откуда-то пришла уверенность, что он чрезвычайно хорош собой, но его образ всё время ускользал, как ни пыталась я заглянуть ему в лицо.