Голос во тьме

Где еще?

– Н-но ими уже позанимались! – с робким протестом выдавила Маргарет, натягивая повыше одеяло. Почему он вечно норовит застать ее в одной сорочке?!

– Это кто же? – сухо осведомился Энджел. – Ваш консультант?

– Он не… не все, только руку… Плечо мама не разрешила, сказала, что наш семейный доктор…

– Ваш семейный коновал? – Энджел фыркнул. – Еще чего! Какое плечо?

– Правое… что вы делаете?! Прекра…

– Ш-ш-ш. – Он прижал два пальца к губам Маргарет, другой рукой уверенно стаскивая с нее одеяло и распуская воротник сорочки.

 – Не шумите. Ваша скромность в полной безопасности.

«Да?!» – Маргарет густо покраснела, тем более что Энджел уже ощупывал ее плечо. Ощущения были одновременно болезненными и совершенно… нескромными. Он открыл чемоданчик (пришел бы пораньше – и они с консультантом могли бы консилиум устроить, втроем, включая пса) и достал увесистую банку с прозрачным желеобразным веществом, в котором виднелись мелко покрошенные зеленые листочки и серебристые вкрапления.

– Что это?

– Наши предки называли этот состав эльфийской мазью от всех болезней, хотя, конечно, преувеличивали.

 – Энджел открутил крышку, и по спальне пополз сильный травянисто-металлический запах.

– Почему?

– Зелья от всех болезней не существует, как и камня, превращающего любой металл в золото. А с различными целебными смесями вы познакомитесь позже, когда мы перейдем к изучению магических свойств органики и неорганики.

– А это органика или неорганика? – подозрительно спросила Маргарет: ей они обе не нравились.

– И то и другое.

Мисс Шеридан вздрогнула, почувствовав холод мази и тепло его сухих пальцев. Энджел принялся по кругу втирать состав в огромный, на все плечо, синяк. Кожа немного позудела, но боль почти сразу же прошла. Хотя это все равно было совершенно неприлично! Маргарет притянула к себе банку и понюхала.

– Неужели вы его сами сделали?

– Вас что-то в этом смущает?

Он спросил таким тоном, что девушка зарделась и предпочла оставить банку с ее содержимым в покое.

Энджел вытер руку платком, закрыл банку, убрал ее в чемоданчик… и невозмутимо растянулся на постели рядом с Маргарет, откинувшись на подушки и забросив длинные ноги на спинку кровати.

– Эй! – возмутилась девушка.

– А сейчас, юная леди…

– Вы что?! Это же нельзя! Неприлично!

– А сейчас, юная леди, подумайте и скажите: почему «замри и смотри» на них не подействовало?

Маргарет замерла от неожиданности вопроса и нахмурилась, покусывая губу.