Голос во тьме

Животное посверлило его людоедским взглядом и вернулось к изучению единственной улики.

– Рыжий? – недоуменно спросил Лонгсдейл.

– Ну, на Здоровяка и Лапу он не откликался. А звать его как-то надо.

– Зачем?

– А вы что, никак его не зовете?

– Нет, – в некотором замешательстве отвечал консультант. – Он всегда рядом.

«Именно, – подумал Бреннон. – Бессменный охранник. Или конвоир».

Он ни разу не видел, чтобы пес и Лонгсдейл находились далеко друг от друга. А уж чего стоит способность видеть глазами пса…

– Ну ладно.

Есть какой-нибудь способ незаметно вернуть следящие чары на место?

Лонгсдейл отрицательно покачал головой:

– Если он навещает вашу племянницу, то при личном общении тут же их заметит. Он профессионал.

– Черт! Ладно, замнем насчет приличий и прочего. Вы сможете спрятать ее у себя в случае чего?

Консультант уставился на Бреннона так обалдело, что комиссар предпочел пока и эту тему замять. Тем более что пес оставил в покое порошок и сел перед Натаном, глядя на него так, словно собирался сообщить крайне неприятную новость.

– Я… я бы не рискнул допускать ее в мой дом, с лабораторией и библиотекой, потому… потому что она колдовала, – сознался Лонгсдейл.

Бреннон едва не захлебнулся медовым отваром.

– Чего?!

– Она использовала заклятие «замри и смотри». Оно действовало на бандитов очень плохо, но все равно благодаря ему я успел вмешаться. Странно, – вдруг задумался консультант, – почему оно так плохо сработало? Может, Маргарет и неопытна, но заклятие простейшее…

– Эта сволочь учит ее колдовать, – тихо сказал Бреннон.

 – А значит, паскудному выродку что-то от нее надо. Значит, она по доброй воле, без принуждения… – Он стиснул зубы. Все это время! Милая крошка Пег!

– Какое странное было чувство, когда я увидел ее с теми бандитами, – пробормотал Лонгсдейл. – Словно кто-то вел меня, как марионетку, я чувствовал… такую жгучую ярость тут. – Он коснулся груди.

Его глаза затуманились, как в полусне.

Пес нетерпеливо застучал хвостом по полу. Бреннон в удивлении поскреб баки.

– Вы оторвали одному руку, а второму сломали две трети ребер, пока ваш пес отъел конечность третьему. Вы имеете в виду, что такое поведение для вас нехарактерно?

– Да, – Лонгсдейл сморгнул дымку. – Это то, что вы называете «появлением другого»? Я раньше никогда не задумывался…

Рыжий в нетерпении пнул комиссара задней лапой.