Голос во тьме

Бреннон не мог его осуждать – он иногда задумывался, не пора ли ему самому сдаться в ближайшую дурку, а все дела передать Бирну. Из четверых детективов Натан наметил себе в преемники именно его. Ведь, черт подери, комиссар отдела особо тяжких должен трезво и рационально смотреть на вещи!

Взгляд старика постепенно становился осмысленным, хоть и растерянным; хаотичные манипуляции с тряпкой постепенно прекратились. Смотритель уставился на Джен, перевел глаза на окровавленную наволочку, глухо вскрикнул и выронил. Ведьма, не вставая, обернулась к комиссару:

– Глубокий гипноз.

Полное подчинение, утрата собственной воли, помрачнение рассудка – ну, в общем, весь комплект.

– А-а-а, боже мой! – хрипло заорал смотритель и шарахнулся от тряпки.

Полицейские схватили его, и он, опрокинув табуретку, заполошно забился в их руках.

– Имя, фамилия, место рождения и проживания, род занятий? – начал допрос Бирн.

– Господи, господи! – завывал смотритель, выдираясь из рук полицейских, как полоумный.

– Он помнит что-нибудь? – спросил Бреннон.

Ведьма покачала головой и поднялась:

– Скорее всего, ничего. Но ему и без воспоминаний есть от чего испугаться.

Комиссар огляделся: в тесной прихожей все было покрыто кровавыми отпечатками, начиная с двери и заканчивая корзиной с грязным бельем.

– Ну хватит, хватит. – Бирн, повернувшись к старику правым боком, похлопал его по плечу. – Никто вам не причинит вреда, если вы только сами себя не покалечите, коли будете так дергаться. Видите, полиция уже здесь, и вы под защитой.

– О боже мой, – просипел старик и безвольно обмяк. – Сколько крови… почему я весь в крови? Я умираю? Я ранен? Опять? Когда?

– Вы были ранены? Когда?

– В революцию, – еле ворочая языком, ответил смотритель. – В революцию, сынок… – и без сознания повис в руках полицейских.

– В департамент, сэр? – обернулся Бирн.

– Вези, – тяжело вздохнул комиссар. – Эти двое пусть везут, а ты осмотрись здесь. – Он поманил за собой ведьму и вышел. Кровавые следы тянулись по дороге к каморке смотрителя.

Бреннон отправился назад к месту преступления. – Он ничего не вспомнит? – Комиссар без всякой надежды взглянул на ведьму. – Даже если ты с ним поработаешь?

– Не знаю, – неуверенно ответила Джен. – Гипноз – не самая сильная моя сторона.

– Со мной же справилась.

– Вы не ожидали подвоха. И потом, загипнотизировать – это одно, а вернуть память жертве гипноза – совсем другое.

– Это сделал твой сородич? – спросил Бреннон.